По поводу сочинений В.М. Касаткина о русском тексте в китайских гексаграммах

Чудинов Валерий Алексеевич


Китайская книга перемен, или Ицзин, содержит 64 гексаграммы, то есть, шесть либо длинных палочек –––, либо палочек с пробелами внутри, – –. Естественно, что перед нами – одна из модификаций двоичного кода, а поскольку в каждой гексаграмме содержится по шесть палочек, то всего их будет 26 = 64. Собственно говоря, обычно исследователи их и рассматривали в качестве примера различного сочетания палочек. Сами китайцы ставили в соответствие каждой гексаграмме некий афоризм, где содержались некие цифры, например…

Оглавление:
  • Вступление
  • Ицзин как шифрованный текст
  • Ход дешифровки
  • Дешифровка дешифровки
  • Логика работы новичка
  • Якобы древнеславянский текст
  • Заключение
  • Литература
  • Комментарии
  • Вступление

    Теперь, когда мои статьи довольно часто появляются на сайтах ряд порталов, ко мне обращаются читатели по самым неожиданным вопросам. Так, мне прислал свои сочинения Валентин Михайлович Касаткин 1933 года рождения (1-5). Я начну с последней из брошюр (или, как их называет автор, мини-книг), поскольку она в наибольшей степени соответствует моим направлениям дешифровки славянской письменности, и дам комментарии по мере рассмотрения поднятых там вопросов.

    Ицзин как шифрованный текст

    Китайская книга перемен, или Ицзин, содержит 64 гексаграммы, то есть, шесть либо длинных палочек –––, либо палочек с пробелами внутри, – –. Естественно, что перед нами – одна из модификаций двоичного кода, а поскольку в каждой гексаграмме содержится по шесть палочек, то всего их будет 26 = 64. Собственно говоря, обычно исследователи их и рассматривали в качестве примера различного сочетания палочек. Сами китайцы ставили в соответствие каждой гексаграмме некий афоризм, где содержались некие цифры, например, 1. «В начале – девятка. Для защиты примени кожу желтой коровы». Но В.М. Касаткину пришла в голову мысль, что перед ним находится некий код, который и не древний, и не китайский, а, видимо, написан на одном из европейских языков и имеет фонетический характер. Причем реально, с его точки зрения, в круге с гексаграммами находится два текста, один из которых идет слева направо, а другой – справа налево (5, с. 7).

    Конечно, возможны любые предположения по поводу любого древнего источника, и сложность состоит не в их выдвижении, а в их доказательстве. В данном случае доказательство должно быть непростым, поскольку текст должен иметь смысл и в обратном прочтении. Между тем, если короткие слова-перевертыши встречаются весьма часто, например, ПОП или ТОТ, то более длинные слова попадаются реже, например, ПОТОП, РОТОР, а словосочетания – весьма редко, например, А роза упала на лапу Азора. В последнем примере текст содержит 21 букву, и для создания предложения перевертыша пришлось сочинить имя собаки, Азор. Для 64 букв создать подобный осмысленный текст было бы необычайно трудно.

    Однако при более тесном знакомстве оказывается, что автор дешифровки свою мысль выразил неточно. На самом деле он имел в виду, что часть текста читается в одном направлении, тогда как другая часть текста – в другом. Но для того, чтобы определить, какие гексаграммы как читать, он разделил их на два типа. У первого типа две соседние гексаграммы являются комплементарными, то есть длинной черте одной соответствует прерывистая черта у другой, и наоборот. У второго типа гексаграмм вторая получается из первой поворотом на 1800. Тогда получается такая последовательность: одна пара типа 1, 12 пар типа 2, две пары типа 1, 15 пар типа 2, одна пара типа 1, одна пара типа 2 (5, с. 9). Итого – 32 пары, как и должно быть. «Получается подсказка: читать от 1 к 11. Но тогда следует читать два текста, первый из 12 пар гексаграмм, должен читаться слева направо, и второй, из 15 пар, должен читаться справа налево. В конце обоих текстов стоит одна пара типа 2 – знак препинания?» (5, с. 9).

    Таким образом, автор дешифровки выявил некоторую закономерность. Она совершенно необязательно должна быть связана с текстом на каком-либо языке. Однако В.М. Касаткин сделал именно такое предположение: перед ним текст на неизвестном языке. Обычно, когда перед дешифровщиком имеется текст на неизвестном языке и с неизвестными буквами, задача оказывается невыполнимой в принципе. Однако в данном случае имелись некие числа, чью последовательность автор дешифровки читателю не сообщает. Вероятно, по умолчанию, эти числа принимались за номер буквы в алфавите, однако этого автор дешифровки тоже не говорит. Поэтому о ходе его исследования можно лишь строить предположения. Но если точно известен номер букв в алфавите, значит, мы должны иметь дело с весьма кодифицированным алфавитом типа греческого или латинского, но не типа этрусского, где разные исследователи не только помещают разные буквы на разные места, но даже предполагают разное число букв. При этом должны быть заведомо исключены как иероглифические, так и силлабические системы письма, что сильно сужает рамки поиска. Но об этом автор исследования тоже не говорит, а сразу называет латинский алфавит. Вообще говоря, это – наиболее вероятное предположение, но при условии, что все остальное подробно мотивировано.

    Ход дешифровки

    Хотя какие цифры подставлял В.М. Касаткин, и как он обходил возникающие при этом трудности (например, у него почему-то некоторые буквы повторяются. Вроде бы одинаковых цифр в Идзине быть не должно), он не сообщает, но предлагает читателю такое решение проблемы: MSG VVR DN SN BN. Полученный и как бы свалившийся с неба текст (читатель никак не мог убедиться в том, что должен был получиться именно такой отрывок) не только не осмыслен на латинском языке, но и не может быть осмыслен, ибо состоит из одних согласных, что для латинского языка невозможно. С моей точки зрения, перед нами – типичная псевдодешифровка.

    Как правило, опытные эпиграфисты на этом останавливаются, полагая, что их первоначальное предположение не подтвердилось. Начинающие энтузиасты, напротив, столкнувшись с трудностями, стремятся преодолеть их во что бы то ни стало. Нет гласных – так их можно добавить. Однако об этом В.М. Касаткин явно не говорит, но поясняет читателю, что MSG – это, возможно, сообщение. Полагаю, однако, что тут автор дешифровки использовал английское слово message. Но это – не латынь, и при выбрасывании гласных, вероятно, дало бы MSSG, а не MSG. Второе слово VVR В.М. Касаткин понял, как да здравствует дело, знание, республика! Понятно, что да здравствует будет vivat, дело будет res, а республика так и будет res publica. Но, во-первых, получается вовсе не VVR, а VRRР, и при этом мы видим уже не слоговой костяк слова, а инициальную аббревиатуру, то есть, совершенно иной тип перехода от слов к согласным. Сразу же возникает вопрос, почему необходимо менять способ шифровки. «Последние три пары интерпретированы как бога нет, святого духа нет, библии нет» (5, с. 9). Теперь уже речь идет не об инициальной аббревиации словосочетания, а о представлении буквами целого предложения типа бога нет. Но такого рода замен слов на буквы пока наука не знает. Кроме того, само выражение «бога нет» по-латыни выглядело бы как нечто вроде deus non exist, или deus non est, что даст аббревиатуру DNE, а не DN. Так что получилось три типа перехода от слов к буквам, один из которых вообще неизвестен, в каждом из типов автору дешифровки можно поставить множество вопросов, ибо все существенные моменты такого перехода от слов к буквам остались «за кадром», как будто бы мы каждый день именно так шифруем латинские слова. Словом, попытка истолковать полученную последовательность согласных MSG VVR DN SN BN как осмысленный текст на латинском языке даже при предположении, что это – какие-то «сжатые» латинские слова, оказалась неудачной – единый принцип сжатия читателю представлен не был. Более того, каждое предположение автора расходилось с возможными предположениями читателя.

    Итак, невольно напрашивается вывод: полученный неизвестно каким способом текст MSGVVRDNSNBN не латинский, и не консонантный костяк латинских слов. Латинская дешифровка автору не удалась. И даже если пойти на поводу у автора и согласиться, что все подогнанные им под частичный смысл фрагменты не бессмысленны, то мы получим некую околесицу: сообщение «Да здравствует республика» бога нет, святого духа нет, библии нет. – Сапоги всмятку!

    Дешифровка дешифровки

    Получив данный убийственный результат, В.М. Касаткин не счел возможным его комментировать, ибо сказать правду мешала гордость, а преодолеть полученный нелепый текст как-то вразумительно он не смог. Но поскольку собственных сил на такое преодоление не хватило, В.М. Касаткин обратился к лингвистам. Один из них, увидев сплошные согласные, посоветовал проконсультироваться у арабистов. Действительно, семитские языки пишут одними согласными (гласные подразумеваются, и читатель их домысливает и произносит при чтении), а из всех семитских арабский – наиболее распространенный. Итак, арабистам был предложен текст – MSG VVR DN SN BN. Разумеется, по-арабски это тоже ничего не обозначало. И тогда автор дешифровки пришел к новой мысли: а что если латинское слово написано арабскими буквами? А почему бы нет? (5, с. 10).

    Конечно, неизвестный текст можно читать с помощью любых алфавитов, в том числе и арабского. Некоторые звуки при этом будут читаться так же, другие – иначе, третьи могут вообще выпасть, если их в данном языке нет. Так что большого смысла в переходе к иному алфавиту нет. Однако автор дешифровки опять совершает незаметную для читателя подмену: он предлагает читать текст не арабскими буквами, а арабскими названиями букв. Это все рано, как слово ОТЕЦ прочитать, как предложение он твердо есть цы, используя названия входящих в это слово букв кириллицы, а потом «перевести» на современный русский язык: «он твердо есть эти!» – Понятно, что в данном случае перед нами оказывается даже не псевдодешифровка, а некая лингвистическая игра в названия букв.

    Тем не менее, ряд MSG VVR DN SN BN будет выглядеть, как МИИМ САА ГАЙНУН УАУ УАУ РА ДАЛЬ НУН САА НУН БАА НУН, что ровным счетом ничего не дает. Однако у В.М. Касаткина мы видим нечто иное: РА ТА ЛАН ХА РА ДАЛЬ РА ДЖИМ ТА НУН ХА (5, там же), что опять-таки ровным счетом ничего по-арабски не означает. Правда, откуда взялась такая последовательность, он нам не объясняет. Опять он держит читателя за простака, которому можно вынимать кроликов прямо из шляпы. И хотя ни на латинском, ни на арабском языке, ни при прямой подстановке, ни при полученной совершенно необъяснимым способом новой последовательности звуков мы не видим ни малейшего смысла, В.М. Касаткин нам утверждает: «совместное использование латыни и арабского языка делает возможным предположение о времени создания текста – предисламский период» (5, с. 11). С равным успехом, поскольку данный текст ничего не значит ни на суахили, ни на японском, можно утверждать, что он написан до времени сложения этих языков. И всех остальных тоже.

    Логика работы новичка

    Человеку, никогда не занимавшемуся эпиграфическими исследованиями, кажется, что он является первопроходцем, что каждый поворот его движения предопределен свыше и имеет очень большое значение. Поэтому что бы автор ни сказал, восхищенные его почитатели воспримут это как откровение. Итак, первые две страницы данного исследования посвящены рассуждениям на общие темы: какое значение имеют для развития ума математика и физика, какова была краткая история бывшего Училища Корабельной Архитектуры, что такое Цолькин. Возможно, что в связи с какими-то иными проблемами эти сведения и были бы уместными, однако для дешифровки Ицзина они не нужны. Но вот привести цифровой ряд всех 64 гексаграмм, то есть именно то, что В.М. Касаткин предположил текстом, он почему-то не захотел. А ведь это именно то, что в эпиграфике считается демонстрацией общего вида текста. Без этого оказывается бессмысленным всё дальнейшее исследование: его объект автором скрыт. А коли так, то и не о чем говорить. Ведь не даты же переименований Училища Корабельной Архитектуры положены в основу дешифровки!

    Следующий очень важный момент – разбиение текста на отдельные фрагменты, предположительно слова. Хорошо, если есть словоразделители. Часто они действительно присутствуют, но многие начинающие эпиграфисты их не замечают и игнорируют. В данном случае 12 знаков были разбиты на две группы по три знака и на три группы по два знака. Почему? Это один из ключевых вопросов дешифровки, но на него нет вразумительного ответа. А если разбиение выполнено произвольно, то дальше ни о какой объективности дешифровки речь идти не может.

    Одним из важнейших элементов дешифровки является определение языка текста. Гадание тут не проходит. Почему автор полагает, что это – фонетическое письмо, а не название, например, китайских числительных? Книга Ицзин – все-таки китайская! Нужна мотивация, причем весьма серьезная, а ее-то и нет. Иными словами, нужна отдельная мотивация о том, что перед нами именно фонетическое, а не иероглифическое и не слоговое письмо, и только после того, как будет доказано, что перед нами не может быть ничего иного, кроме как фонетического текста, можно будет приступить к поискам подходящего языка. Кстати, греческий язык тут оказывается предпочтительнее латыни, он древнее.

    Дальше следует не менее ответственная часть дешифровки – переход от цифр к буквам. Этот момент полностью немотивирован. Поэтому ряд букв MSG VVR DN SN BN просто упал с неба, и читателю нечего с ним делать. Равным образом он бы мог быть последовательностью греческих букв МСГ ВВР ДН СН БН, что могло бы натолкнуть автора на русское толкование этой надписи: Может, Слава Гудвину, Возникнет Верное Решение? Да Нет, Совсем Нет, Безусловно Нет. А отсюда можно было бы доказывать, что благодаря пользе математики для ума, о волшебнике Гудвине писала еще китайская книга Ицзин. Но всё это – не дешифровка, а игра натренированного математикой ума. Из ложной посылки может следовать любая другая ложная посылка. Только эта игра ума для профессионалов не интересна, состоялась ли она в 1962 году, когда автор заглядывал в учебник арабского языка, или в ночь на 1 июня 2002 года, или через 16 дней.

    Кстати, В.М. Касаткин помечает: «Результат по «латыни» автор получил в ночь на 01 июня 2002 года, и сразу же встал вопрос – кому это интересно?» Могу ответить на него по секрету: никому! Ночью следует спать, а не решать эпиграфические ребусы. Г.С. Гриневич тоже считал своей заслугой то, что он за ночь якобы дешифровал Фестский диск, получив текст: ЦИЕ ГОСЫ ЧЕИ БЁЖЕ НИ ЩОШЪ ОД. ЦИЕ ГОСЫ ННОПО ЧЕИ ОД. ВЪМЯСО НОУВЫЙА ЩЁ ВЫ ЙУ ОЩЕ ОД… И т.д. Он почему-то решил, что надпись сделана по-русски. Это такой же русский язык, как MSGVVRDNSNBN – латынь. В эпиграфике, как, впрочем, и в других науках, кавалерийские атаки не проходят. Нужна долгая планомерная осада – только тогда упрямая крепость может пасть. Но Г.С. Гриневич открытым текстом писал, что можно только так: пришел – увидел – прочитал.

    Ну, а чтение согласных В.М. Касаткиным на арабском языке еще менее мотивировано. С равным успехом можно читать на иврите, коптском, финикийском. И выписывать их названия букв. Ведь все эти языки тоже пишут только согласные буквы.

    Дальше в работе (5) следуют новые дешифровки, теперь уже читается Цолькин. Но текст теперь опять генерирует не автор, а якобы некий «старый программируемый калькулятор Б3-34» (5, с. 15). А поскольку у меня такого волшебного генератора текстов нет, я, к сожалению, опять не могу понять, откуда этот текст взялся. И какое он имеет отношение к Цолькину.

    Якобы древнеславянский текст

    Опущу все промежуточные выкладки, которые не более мотивированы, чем исходные положения. Оказывается, Цолькин нам сообщает: ТЕ КДО ЦИ ВУМИ УЧЪЧЭТ ИХ, И КРОЖЫФЭЦЬ ВЫБОЛУЯ КРЕЙ (5, с. 23). Опять, поскольку данный текст спустился к нам с неба, мы можем только пожать плечами. Твердые звуки ЧЪ и ЖЪ имеются в польском, но в нем нет многих из приведенных здесь слов. Пожалуй, нет ни одного славянского языка, на котором был бы составлен этот текст. Кроме того, ориентируясь на окончания, можно сказать, что две части предложения не согласованы, да и каждая из них вряд ли согласована внутри себя. То есть, если ТЕ, то УЧЪЧАТ, а не УЧЪЧЕТ (то есть, должно быть множественное число, а не единственное), но они же должны КРЕЙЯТЬ, а не КРЕЙ. А при чем здесь КРОЖЫФЕЦЬ, и что это за имя существительное, бог весть. Если очень осторожно попытаться перевести на современный язык, получится очередная абракадабра: ТЕ, КТО ЭТИ В УМЕ УЧТЕТ ИХ, ОН СКВОЗИТЕЛЬ, БАЛУЯСЬ, СОЗДАЙ. Но это такой же русский, как выше была латынь и арабский.

    Заключение

    Я готовился написать большую статью, рассматривая этапы реальной дешифровки. Однако она не получилась по изложенным выше причинам. Это мне напоминает подготовительную работу к моей книге «Вернем этрусков Руси». Тогда я тоже хотел сделать большую вводную часть, рассматривая достоинства моих предшественников. Но, к сожалению, этого сделать не удалось: этрускологи на базе подлинных этрусских текстов генерировали без какой-либо мотивации свои собственные тексты, и с упоением принялись их изучать, «дешифруя» в год по слову и удивляясь необычайной сложности этрусского языка. Но и там, и здесь ясно, что никакой связи между исходным текстом (если это вообще текст) и тем, что предлагают уважаемые дешифровщики, совершенно нет. Какие бы даты гениальных мыслей авторов в пояснении к дешифровкам ими ни приводились.

    Литература

    1. Касаткин В.М. Организация, декодирование и интерпретация текста, скрытого в гексаграммах китайской классической книги перемен Ицзин (как был расколот китайский орех). СПб, 2003, 12 с.
    2. Касаткин В.М. Н. А. Морозов versus А. Т. Фоменко. СПб, 2003, 12 с.
    3. Касаткин В.М. Периодическая Система Эволюционной активности хромосом. СПб, 2003, 28 с., илл.
    4. Касаткин В.М. Средиземное – Китай – Юкатан (VI-VII вв. н.э.: а что потом?) СПб, 2004, 24 с., илл.
    5. Касаткин В.М. Декодирование «Цолькина», «Ицзина» (славянские «фокусы» VI-VII вв. н.э.?) СПб, 2004, 24 с., илл.

Комментарии:

НИКШУП
03.06.2009 08:06
Комментарий у меня получился большим и предлагаю прочесть их как статью «По поводу вымыслов В.М. Касаткина о «китайских» 64-х переменах»

Оставьте свой комментарий


Закрыть

Задать вопрос В.А. Чудинову