Об одной попытке реконструкции русских названий букв

Чудинов Валерий Алексеевич


 Мне попала в руки интересная заметка Алексея Виноградова [1]. В ней он размышляет над моей книгой [2] в качестве творчески мыслящего рецензента.

Оглавление:
  • Сомнение рецензента.
  • Проблема звукопередачи.
  • Обывательское мышление.
  • Новые названия букв.
  • Германские, вендские и русские руны.
  • Таблица гипотетических названий.
  • Обсуждение.
  • Заключение.
  • Литература
  • Комментарии
  • Сомнение рецензента.

     «Когда книга представляет интерес, ее сначала читают целиком, потом перечитывают те или иные места, потом уже, размышляя о прочитанном и сказанном, снова и снова возвращаются к отдельным частям. Отправной точкой этих размышлений стала глава «Руны Рода» книги В.А. Чудинова «Русские руны» [2].

    Итак, что же сделали Кирилл и Мефодий? Считается, что они создали кириллицу. Злые языки, правда, говорят, и небезосновательно, что никакой кириллицы они не создавали, а им ее только приписали. Ну да на то они и злые. Возможно, для кого-то это и станет основным вопросом исследований, но этак любой вопрос можно в непроходимое болото превратить. А потому будем считать, что Кирилл и Мефодий создали именно кириллицу».

    Хорошо, давайте считать так, тем более, что эта точка зрения совпадает с моей: из рун Рода Кирилл и Мефодий путём стилизации под греческую письменность (очень распространённую в то время в Византии) создали кириллицу.

    «Просмотрев энциклопедии, узнаем интересный факт, на котором В.А. Чудинов в своей книге не акцентировал внимания: хотя кириллица и содержит 49 знаков, ни один славянский язык, ни одна славянская азбука не использует их все. И тут с очевидностью важен нумерологический аспект азбуки: современным русским алфавитом без использования арабских или римских цифр практически невозможно переписать хоть сколько-нибудь большой кусок «Библии». Этот момент, не нашедший серьезного отражения в «Русских рунах», Чудинов рассматривает в отдельной статье [3]. Отметив его важность, не будем останавливаться на этом аспекте и мы, обратив основное внимание на звукопередачу».

    Естественно, что в книге [2] я рассматривал русские руны, то есть, руны Макоши и руны Рода, ибо все проблемы, связанные с кириллицей я рассмотрел в монографии, написанной за 4 года до этой книги, а именно в [4]. Что же касается большого числа знаков, то, поскольку так называемый «старославянский» язык был придуман в Византии как общеславянский, он, понятно, должен был вобрать в себя особенности ВСЕХ славянских языков, где звуки уже достаточно сильно ушли от фонетики их языка-основы, русского языка, и для обозначения этого богатства пришлось придумать ряд новых букв.

     Проблеме обозначения цифр в кириллице и других азбуках посвящена моя глава «Загадки христианской цифири» [4:65-91]. Там эта проблема рассмотрена достаточно подробно. Однако к рунам Рода она не имеет никакого отношения. Вероятно, моя книга [4] своевременно не попала в поле зрения рецензента.

    Проблема звукопередачи.

     «С точки зрения звукопередачи, обилие букв в кириллице говорит о том, что, во-первых, эта азбука создавалась не для одного конкретного языка, а для всех славянских языков вообще. И о том, что христианская церковь, в ту пору еще не разделившаяся на католическую и православную, очень большое значение придавала точности звукопередачи в богослужебной практике. Именно поэтому Кирилл и Мефодий берут базовые славянские 29 знаков и доводят число букв до 49. Слово есть действие! Выходит, точной звукопередачи и соответственно звукозаписи требует именно церковное мышление в частности и богослужебное мышление вообще».

    Как видим, рецензент приходит к тем же выводам, что и я – что ранняя кириллица должна была обслуживать ВЕСЬ МАССИВ славянских языков.

    Что касается точной звукопередачи, то тут нас подстерегает ловушка. Тоновые языки Юго-Восточной Азии пользуются иероглифами, где между иероглифическим знаком и словом имеется только семантическое, но никак не звуковое соответствие. Это позволяет лицам, говорящим на разных диалектах, понимать друг друга, например, на рынках Пекина, перейдя с устного общения на письменное. Тем не менее, там, где побывали христианские миссионеры, отмечено и появление христианской паствы. Нет такого соответствия и в языках с традиционной орфографией, например, в английском, где различие между написанием и произношением иногда разительно. Заметим, что традиционное написание слов в тех или иных языках никогда не служило препятствием для христианизации данного народа. Поэтому усмотреть точную связь между написанием и произношением вряд ли возможно – в таком случае добрая половина Европы всё еще ожидала бы христианизации, не в силах пройти ее из-за несовершенства орфографии. 

    Далее замечу, что среди славянских языков имеются такие, которые вместо фонематического принципа орфографии ввели фонетический, то есть, написание у них соответствует произношению, например, белорусский и сербский. Можно ли сказать, что эти области были христианизированы в первую очередь, или что там христианство обладает, так сказать, эталонным характером? – Тоже нет!   

    Однако лингвисты непременно отметят, что даже языки с фонетическим написанием передают далеко не все звуки точно. Например, в Белоруссии имеется турбаза с названием «Высоки бераг», то есть, «Высокий берег». Но ведь звук «Г» в конце слова оглушается, так же, как и в русском языке. Следовательно, надо было бы писать «Высоки берак», чего нет. Вообще говоря, точная звукопередача зависит не от ощущения, а от восприятия звуков, и опытный лингвист-фонолог различит массу звуковых оттенков там, где обычный человек услышит одни и те же звуки. Именно для этого была введена международная фонетическая транскрипция, но и она в ряде случаев достаточно груба. Поэтому, как это ни покажется парадоксальным, требование предельно точной звукопередачи на письме практически невыполнимо. И христианское духовенство, наиболее образованное в Средние века, вряд ли поставило бы перед собой невыполнимую задачу. 

    Обывательское мышление.

     «Теперь обратимся к мифологическому мышлению обывательскому, или, как стали говорить после христианизации, мирскому. Слово есть действие! Всякое слово, будучи произнесенным, – уже заклинание; другое дело, что повседневные слова имеют силу невеликую, но порою слово обретает невиданную мощь, совладать с которой дано ведуну, волхву, служителю Бога. Особое отношение было к ритмической речи. В Скандинавии, к примеру, за любовный стишок, прочитанный девице, могли и зарубить: нечего приворот творить! Слово написанное обретало собственную жизнь, поэтому точная звукопередача считалась для того, кто не владел волшбой, смертельно опасной. А значит, лучше точно не записывать. Да и для передачи смысла грамматика чаще всего не важна».

    Теперь рецензент делает разворот на 180 градусов и пишет о том, что основная масса населения не должна была под страхом смерти знать точное написание слов. Но как быть христианам, если у них, согласно А. Виноградову, было принято писать наиболее точным образом? Следовать христианской традиции и постоянно опасаться за свою жизнь? Что же касается утверждения о том, что для передачи смысла грамматика чаще всего не важна, то я согласиться с этим никак не могу. Две похожих фразы различаются только грамматически: «Иван должен Петру» и «Ивану должен Пётр» и имеют прямо противоположный смысл.

    «Вывод из сказанного напрашивается довольно неожиданный. Сакральным, жреческим письмом должны быть Руны Рода. Обычным же людям куда удобнее слоговое – Руны Макоши. Неожиданное подтверждение этой идеи принесли внуки. Совершенно случайно выяснилось, что пяти-шестилетнему ребенку проще запомнить сотню слоговых знаков силлобария, чем десяток букв алфавита. Объяснение достаточно простое: слоги легко произносятся и потому имеют для ребенка смысл, в то время как идея звуков носит для него скорее символический характер».

    Понятно, что из неверного посыла делается неверное следствие. Или, точнее, для получения неверного следствия придумывается неверный посыл.

    Новые названия букв.

     «Теперь вернемся к создателям кириллицы. Реконструировать их мифологическое (церковное) мышление сегодня совсем не сложно. Ведь строительство коммунизма, которым занималась еще недавно целая страна, и даже не одна, – это тоже своего рода религия. И когда она вытесняла христианство, то правительство первым делом провело реформу языка: во истребление христианской сакральности изменили все названия букв. Но если создателям кириллицы было известно, что они берут за основу славянский жреческий строй, то они просто обязаны были дать знакам своей письменности новые названия. Разумеется, сие не доказано, как проблематично доказать и обратное. Но косвенным подтверждением приведенной идеи служит сам текст азбуки».

    Проблемы, которые выглядят совсем простыми, чаще всего оказываются наиболее сложными. Названия букв в 1918 году были изменены вовсе не для борьбы с христианством, ибо еще указом Петра Первого вместо старославянского церковного шрифта был введен гражданский шрифт. Замена названий просто соответствовала духу времени, где проще было произносить А, БЭ, ВЭ, ГЭ, ДЭ вместо АЗ, БУКИ, ВЕДИ, ГЛАГОЛЬ, ДОБРО и т.д. А тысячу лет назад эти названия вытеснили целые строки так называемых «азбучных молитв», где на данную букву называлось первой слово целой строки. Иными словами, шла постепенная рационализация буквенных названий.

    Заметим, что названия букв – это просто некие мнемонические средства для их лучшего запоминания. Например, при изучении курса оптики в школе ученики придумали мнемоническую поговорку для запоминания последовательности цветов спектра: «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан». В России фазаны не водятся, и приписывать такое глупое поведение охотникам, а тем более – КАЖДОМУ ОХОТНИКУ, нелепо. Однако как некое осмысленное выражение оно вполне сойдёт. В то же время поиски еще более глубокого смысла тут обречены на провал.

    ««Аз буки веди глагол дело есть...» Обычно понимают так: «Я буквы знаю, слово делаю бытием...» Но если заглянуть в словарь Даля [3]... «БУКИ – ж. мн. название второй буквы славянской и русской азбуки; см. Б. В речи, буки означает нечто неверное, гадательно будущее...» Теперь получается нечто иное: «Раз неопределенность будущего ведаю, слово действие есть». Тут уже само значение слова наводит на мысль о подмене понятия. Но «бук» – это еще и дерево, тогда «буки» – доски, а «буква» – досочный знак?..»

    В моей книге [4] я рассматриваю несколько трактовок этого так называемого «азбучного послания», и показываю, что, сколько исследователей, столько и трактовок. Это как раз пример ложной семантизации того, что никаким текстом исходно не являлось.

    «Получается, вероятность того, что знаки Рун Рода стали именоваться буквами и получили в кириллице новые названия, намного выше вероятности обратного. При этом, судя по всему, названия пришли на смену Именам. И если ничто не исчезает в никуда и не появляется из ниоткуда, то можно попробовать поискать. И здесь опять помогут прочтения В.А. Чудинова, точнее, география и датировка носителей выявленных им надписей».

    Понятно, что их можно было называть рунами (рытвинами), резами, чертами, царапинами, глифами, налепами (на керамике), буквами (резами на буковых досках) и т.д. Это уже как какому веку приятнее.

    Германские, вендские и русские руны.

     «Но сначала небольшое отступление. В XIX веке началось увлечение древними рунами. На свет Божий были извлечены Старший и Младший Футарки и кельтские руны. Кроме того, известны Вендские руны. Все эти знаки стали очень популярны на волне увлечения рунической магией и рунической мантикой. Видимо, поэтому знаки этих трех строев получили собственные имена и комментарии-толкования. Научная сторона вопроса крайне туманна. Кажется, от Немана и до атлантического побережья не осталось ни одной страны, в которой не сыскалось бы собственного рунного строя. При этом обильными прочтениями рунических текстов официальная наука похвастать не может. Общепринятое мнение [6] состоит в том, что все строи произошли от древнегерманских рун и продвигались во все стороны».

    «Общепринятое» оно в западных странах, поскольку в то время им были неизвестны более древние руны. Но уже в конце XIX века Радлов и Томсен смогли дешифровать тюркские руны, а в конце ХХ века мне удалось построить силлабарий и определить значение русских рун. То, что прежде было незнанием в связи с отсутствием примеров употребления, теперь стало невежеством от нежелания пропускать впереди германцев тюрок и русских.

    «Западные рунологи считают, что вендские руны произошли от Футарков. Этой же точки зрения придерживаются Платов и Асов [7][8], основные разработчики темы вендских рун. В любом случае, они приводят названия знаков в вендском руническом строе, и эти знаки имеют точные соответствия среди Рун Рода»

    Действительно, вендские или славянские руны явились вариантом германских рун.

    «Знакомство с географией и датировкой рунических надписей приводит к выводу, что собственно руны могли иметь только один смысл существования. А именно: противостояние язычества латиноязычному христианству. Но тогда получается, что Вендские руны, во-первых, были созданы из Рун Рода как некий буфер между ними и латиницей; во-вторых, унаследовали имена Рун Рода; в-третьих, именно они и были теми «чертами и резами», о которых писал черноризец Храбр (странное, кстати, для католического монаха имя); и в четвертых, именно от них и пошли все прочие разновидности рун, носившие не столько письменный, сколько маго-мантический характер. А значит, обратное перенесение имен не является заведомо недопустимым».

    Тут можно задать несколько вопросов. Черноризец Храбр жил спустя несколько лет после Кирилла и Мефодия, то есть, в Х веке, когда церкви еще не разделились на католическую и православную. Почему следует считать его «католическим»? Во-вторых, из чего следует, что он противопоставлял славянское язычество именно латиноязычному христианству? В-третьих, руны Рода были известны только славянам, но не германцам, причём их внешний вид никоим образом не соответствовал внешнему виду германских рун. Германские руны происходят от рун Макоши, а не от рун Рода.

    Таблица гипотетических названий.

     «Используя Имена по Платову и Асову, получим таблицу. В ней разночтения даны Платов/Асов, а реконструкции автора помечены * – звездочкой.

    Поскольку все известные буквенные строи назывались по первым буквам, то логично ожидать того же и от славянских букв. Собственно, единственное, что можно произнести, не вывихнув челюсть, Ала-Бер(ь). Здесь появляется возможность проверить умозаключения. Ведь если такое слово существовало, пусть даже отмерло, должны сохраниться однокоренные слова. И это должно быть нечто странное, вроде «невежества», где отрицательная форма широко используется, а утвердительной вроде и нет вовсе. И такое слово есть: безалаберный. При этом поиски «алаберный» ничего не дают, но у того же Даля находим «алабор, алаборный» с отсылкой к «безалаберный». В принципе после введения кириллицы прежнее имя буквенного строя должно было подвергнуться жесточайшим гонениям; и за тысячелетие примерно такая ситуация и должна была возникнуть. Интересно, что даже словарь Фасмера [7], который все русские слова априори выводил из иностранных, признавая родство с латинским elaborѓre (строй), выражает сомнение, что русское просторечие могло заимствоваться в латыни... С учетом совпадений не только фонетических, но и смысловых, можно заключить, что именно так и назывался докириллический письменный строй: АлабЕрь»

    С точки зрения логики допущение вполне возможное. Однако неясно, почему смысл названия буквы должен был появиться не у каждой буквы, а у соединения двух букв. Кроме того, один пример совсем не доказателен (не исключено случайное совпадение), необходимо было бы показать, что данный принцип работает на протяжении всей таблицы. Но, скорее всего, это тоже не получится, поскольку на первый взгляд отбор имён собственных для таблицы был произведен не по каким-то объективным критериям, а по желанию составителя этой таблицы. Более того, когда я редактировал книгу Маша о сокровищах Ретры, я указал, что славянского божества по имени Опора не было, хотя так действительно называлась подставка под определенный предмет. 

    «Следует ожидать, что и сами знаки письменности имели другое название. Но это – тема для отдельного размышления».

    Обсуждение.

     Проблема названия письменных знаков для ряда исследователей постепенно становится весьма злободневной. Напомню, что эта проблема исходит из того, что письменный знак якобы весьма точно фиксирует звук, а без точной фиксации якобы невозможно понимание слова. На самом деле такое бывает весьма редко. Так, в книге Успенского «Слово о словах» приводится ситуация, когда во время Великой отечественной войны в провинциальном городе наша атака закончилась захватом у немцев одного квартала; но при этом оказалось много раненных и мало перевязочных средств. А на территории неприятеля располагалось учреждение со странным названием «Оптека». Если там на самом деле находилась аптека, то можно было бы пойти на новую атаку для того, чтобы получить в распоряжение столь необходимые раненным солдатам медикаменты, но если это была «Оптика», то предпринимать новый штурм не имелось ни малейшей необходимости. Реально же, на слух, мы различаем эти слова только по ударению, и если бы ударение падало на последний слог, оба слова были бы на слух совершенно неразличимы.

    Обострённое внимание к графическому знаку было характерно в последние лет 200 именно для европейцев, которые до конца XVIII века не имели ни одного примера европейской         слоговой письменности. О существовании знаков для обозначения слогов они в принципе знали, но такого рода письменность была характерна только для Азии. Каково же было удивление лингвистов, когда архитектор Майкл Вентрис в 50-годах ХХ века дешифровал письмо Крита Линейное Б, и оно оказалось слоговым! Порядок знаков там принят тот, который придал им исследователь, никаких названий (кроме их чтения) у них не было. Более того, Игнациус Джей Гельб в статье «Западносемитские силлабарии» [10:299] пишет: «(Западносемитские) письменности являются слоговыми, а не алфавитными. Они использовали в качестве модели египетский прототип, и с точки зрения истории письма, являлись силлабариями и не чем иным, как силлабариями». И на следующей странице добавляет: «Происхождение алфавита и общий ход эволюции письма, по мнению автор настоящей статьи, можно вкратце сформулировать следующим образом: 1. С точки зрения теории письма эволюция шла от словесно-слогового письма – через слоговое к алфавитному. 2. С точки зрения истории письма развитие шло от египетского письма – через западносемитские к греческому».

    Иными словами, алфавитное письмо является наиболее поздним и никоим образом не связано с созданием письменности у ранних письменных этносов. При этом Гельб подчёркивает, что на ранних ступенях развития слогового письма каждый письменный знак (силлабограф) имел особое начертание для каждого нового гласного звука, который добавлялся к согласному, но позже гласные звуки в составе силлабографа стали различаться всё реже и данный силлабограф стал обозначать сочетание конкретного согласного с любым гласным звуком. Иными словами со временем точность звукопередачи слоговым письмом падала. Но то же самое мы наблюдаем и для алфавитного письма, где за счет традиционной орфографии звуки на письме стали различаться много хуже, чем прежде. Если угодно, можно сформулировать «закон девальвации» письменных знаков, который гласит: «С течением времени письменный знак получает дополнительные звуковые значения, в том числе и нулевые, и его точность передачи звуков падает». Например, в русском языке глаголы во втором лице единственного числа имеют на письме после Ш еще и Ь, где мягкий знак получил нулевой смысл, ибо не смягчает предшествующий согласный. А в слове «здраВсТВУЙте» произносится только «здрассьте», остальные буквы имеют нулевое звуковое значение.

    Вообще говоря, каждый народ усваивает с детства родной язык в устной форме, и ему достаточно малейшей подсказки на письме, чтобы отличить одно слово от другого. Однако появление новых слов, в том числе и заимствованных, требует уже не подсказки, а полноценной звукопередачи. Поэтому, как ни странно, в хорошем алфавите люди заинтересованы только для возможно точной передачи иностранных слов (если это только необходимо!), либо при обучении иностранному языку. Родному языку в его письменной форме можно обучаться вообще без знания алфавита, то есть, без знания порядка следования знаков в некой мнемонической системе, без знания их названия и закрепленного за знаком числового значения. Однако это весьма сложно сделать иностранцу. Поэтому, как ни странно, знание алфавита является не столько потребностью данного этноса, сколько насущной необходимостью иностранцев.  

    Именно это мы и наблюдаем в истории письменности. Семитских народов на протяжении истории было довольно много, равно как и алфавитов, и именно для того, чтобы как-то упорядочить письмо для остальных семитов названия букв были введены финикийцами. Примерно то же самое мы наблюдаем и при создании азбуки Кириллом и Мефодием – для всех славян «старославянский» язык был чужим. И чтобы при его освоении не возникло сложностей, буквы сначала записали в «азбучную молитву», а затем и придумали им названия.  Причём, как показал в XIX веке чех Игнаций Гануш, названия возникли даже раньше, когда германские руны были положены в основу славянской глаголицы. И первая буква была названа не АЗ, что означает «я», а АС, что означает «бог», и лишь позже это слово стало произноситься с озвончением. Но тогда конкретный смысл каждого названия буквы большого значения не имел.

    Что же касается ХХ века, то после того, как закончилась монополия на научное знание со стороны РАН, многие люди попытались сами осмыслить русское культурное наследие на доступном им материале. Название букв подходит для этих целей как нельзя лучше. Поскольку учёных эта проблема практически не интересует, а немецким языком обычные люди не владеют, тем более достать журнал, изданный в Вене в позапрошлом веке, у них практически нет возможности, данная статья Гануша, равная по объёму сегодняшней монографии [11], обычным русским патриотам неизвестна. И они начинают изобретать логически возможные предыстории названия букв, но уже на основе некоторых русских базовых ценностей. Мне это интересно в том смысле, что если бы такая задача (создать название буквенным знакам) в истории возникла, она вполне могла быть решена на русской (а не на немецкой) почве. И хотя данная гипотеза относится к числу тех, «что было бы, если бы», она полезна, поскольку даёт (хотя пока и приблизительный) ответ на вопрос: какой смысл могли бы иметь названия букв, если бы их придумывали на основе названий русских богов и мифологических представлений. Правда, это больше имеет отношение к теории алфавита, чем к реальной истории русской письменности.

    Заключение.

    Работы по осмыслению русского алфавита имеют иногда совершенно неожиданное направление. Но это заставляет задуматься и посмотреть на привычные данные с несколько иной стороны.         

    Литература

    1. Алексей Виноградов. «Русские руны»: размышления над книгой. 12. 02. 2002.
    2. Чудинов В.А. Русские руны. – М.: Альва первая, 2006; 2009. – 336, с., ил.
    3. Цифры-буквы Чудинов http://chudinov.ru/cifiri/ (такая ссылка в статье [1])
    4. Чудинов В.А. Загадки славянской письменности. – М.: Вече, 2002. – 528 с., ил.
    5. http://ru.wikisource.org/wiki/Толковый_словарь_В._Даля/Буженина_—_Булла (такая ссылка в статье [1]).
    6. http://ru.wikipedia.org/wiki/Руны# (такая ссылка в статье [1])
    7. Бус Кресень (А. Асов) Руны восточных славян (такая ссылка в статье [1])
    8. Платов А.В., «Славянские руны» (такая ссылка в статье [1])
    9. Фасмер, Этимологический словарь русского языка (такая ссылка в статье [1])
    10. И. Гельб. Западносемитские силлабарии // Тайны древних письмен. Проблемы дешифровки. – М.: Прогресс, 1976. – с. 263-300
    11. Hanuš Ignaz J., dr. Zur Slavischen Runen-Frage mit besonderer Rücksicht auf die obotritischen Runen-Alterthümer so wie auf die Glagoliza und Kyriliza. Als ein Beitrag zur comporativen germanisch-slavischen Archäologie // Archiv fur Kunde Österreichischer Geschichts-Quellen. Wien, XVIII Band, Keiserische Akademie der Wissenschaften, S. 1-114

Комментарии:

СВЯТОСЛАВ
28.12.2016 12:12
Гадание на кофейной гуще по поводу первичности букв и алфавитов - путь в не куда. Сегодня после открытия смысла и прочтение известных данных на основе ЗДРАВОМЫСЛИЯ, к сожалению не все люди идут по правильному осмыслению. Многие путают задачи, которые были поставлены для создания новоделов в языках, азбуках, букв и существующими реальностями. Нам нет дела до церковных азбук, объявленных старославянскими, старорусскими. Они создавались под кого то. Нас интересует реальная азбука, которая прошла века и тысячелетия и при этом она подтверждена письменами на артефактах, камнях, строениях и т.д. Поэтому, то что пишет и делает Чудинов В.А. одно из направлений по пути правды. Считаю необходимым создать ему БУККВАРЬ на основе РУН РОДА и РУН МАКОШИ. А потом пусть остальные рецензенты пишут о своём мнении. Но у них кроме как "ортодоксального" мнения не может ни чего появится.

Оставьте свой комментарий


Закрыть

Задать вопрос В.А. Чудинову