О дешифровках Е. Копарева

Чудинов Валерий Алексеевич


О дешифровках Е. Копарева я уже писал («Новая попытка расшифровки Фестского диска», 03.09.09), и мой вывод был таким: «Новичкам крайне нравится именно текст Фестского диска, поскольку знаки встречаются только на нём (правда, несколько знаков имеются и на секире, но их там слишком мало). Поэтому проверить дешифровку вроде бы не на чем.

Оглавление:
  • О дешифровках Е. Копарева
  • Общий обзор письмен Крита
  • Обзор дешифровок
  • Собственные дешифровки
  • Дешифровка № 2. Надпись на глиняной табличке письмом А
  • Статьи с исправлениями и новая статья
  • Дальнейшие прочтения критских надписей
  • Надпись (без номера)
  • Обсуждение
  • О дешифровках Е. Копарева

    О дешифровках Е. Копарева я уже писал («Новая попытка расшифровки Фестского диска», 03.09.09), и мой вывод был таким: «Новичкам крайне нравится именно текст Фестского диска, поскольку знаки встречаются только на нём (правда, несколько знаков имеются и на секире, но их там слишком мало). Поэтому проверить дешифровку вроде бы не на чем.

    Однако я уже показал, что если в основу дешифровки положена гипотеза о том, что перед нами находится текст на русском языке, то дешифрованный (но еще не приглаженный) вариант чтения и должен передавать русские лексемы, а не некую тарабарщину. Чего мы ни в одном варианте «дешифровки» фактически не наблюдаем. Так что я без сожаления отклоняю и эту попытку прочтения Фестского диска как неудачную».

    Естественно, что такой мой вывод встретил отрицательную реакцию автора, который посчитал, что я поторопился со своей оценкой его творчества. И далее он прислал мне три материала: дешифровка линейного письма А, дешифровка линейного письма Б и дешифровка финикийских надписей. Что ж, возможно я не учёл этого дополнительного материала, который является весьма добротным именно не в плане дешифровки Фестского диска, а в плане дешифровок других, означенных типов письма? Попробуем разобраться не спеша, исследуя все аргументы этого автора. В том числе и присланные совсем недавно.

    Общий обзор письмен Крита

    Этот материал был прислан совсем недавно: October 09, 2009 3:41 PM. Три вида критского письма «Здравствуйте, у меня появился материал для публикации. Разместите его, пожалуйста, у себя на сайте. С уважением, Е. Копарев». Что ж, возражений нет, размещаю. Но по частям, чтобы иметь возможность для комментариев.

    «Типы критского письма. В критской письменности выделяют:

    а) Критское иероглифическое письмо. Это название дано А. Эвансом. Памят­ники этой письменности засвидетельствованы на Кноссе, в Маллии и Фесте. Самые ранние случаи использования иероглифического письма А. Эванс и Дж. Пендлбери относят к XXIили XX в. до н. э.; возможно, оно употреблялось и в XVIII в.

    б) Линейное письмо класса А(линейное А). Это письмо обычно считали следующим этапом развития иероглифического, и его возникновение относили к XVII в. до н. э. Однако в 1953 году Д. Леви обнаружил таблички с линейным письмом А в древнем дворце
    Феста. Вопрос об их датировке (XX или XIX в. до н. э.) до сих пор не решен, но, во всяком случае, ясно, что и линейное письмо А, и иероглифическое письмо употреблялись одновременно.­ Наиболее поздняя дата для линейного А — XV в. до н. э. Критологи располагают свидетельствами в пользу того, что линейное письмо А употреблялось во всех крупных городах Крита, и менее бесспорными — в пользу того, что оно употреблялось на Мелосе и Фере.

    в)Линейное письмо класса Б. Очень важные таблички, записанные линейным Б, были обнаружены Эвансом в Кноссе, в развалинах, которые датируются серединой XV в. до н. э. После 1939 г. таблички с линейным Б были найдены в Пилосе и Микенах, в
    континентальной части Греции. Они датируются началом XIII в. до н. э.

    Все три типа письма предназначались для передачи на письме критского языка. Тождественность языка надписи Фестского диска и критского языка вытекает и из анализа надписи на вотивной бронзовой двусторонней секире из святилища в пещере Аркалохори. Надпись содержит знаки силлабария и алфавита — письменность Фестского диска и линейное письмо А. Это служит важным подтверждением того, что оба предназначены для передачи на письме одного и того же языка — критского».

    Мой комментарий. Эта часть написана весьма поверхностно. В обзорах принято ссылаться не только на соответствующего автора, конкретное название его работы, но и на страницы, когда речь идёт о каких-то важных выводах. Здесь же нет ни одной ссылки. Более того, когда речь идёт о «критологах», необходимо было поименно перечислить их и сослаться на те их произведения, которые автор считает достойными для соответствующего представления критского письма. А в таком виде, как представлен данный раздел, речь может идти только о том, что Копарев почерпнул свои сведения из популярной литературы, где даётся ссылка на тот анализ, который был сделан другим исследователем. В таком случае получается, что Е. Копарев черпал информацию из вторых рук, а сам он в этом практически не разбирается.

    Далее, можно было бы оставить раздел и в таком виде, если бы далее был приведен подробный анализ предшествующих авторов с выявлением их сильных и слабых сторон. Если же этого не сделано, то Е. Копарев не может рассматриваться как независимый и оригинальный исследователь. Разумеется, предполагается, что он владеет теми языками, на которых были сделаны соответствующие публикации. Если этого нет, то сразу возникает сомнение в том, подготовлен ли этот исследователь для выполнения его эпиграфической и дешифраторской миссии.

    Обзор дешифровок

    Если первая часть является общим обзором и демонстрирует эрудицию автора, то обзор дешифровок является уже самой необходимой частью исследования. Если автор не знает творчества своих предшественников, то совершенно непонятно, как он может идти дальше них.

    Напомню, что дешифровка критского иероглифического письма была впервые произведена в моих работах. Что касается линейного Б, то это письмо дешифровал Майкл Вентрис (вместе с Чэдвиком) в 1953 году. Линейное А до сих пор не дешифровано, но о нем много писал Молчанов. Именно Молчанов привел пример с надписью на секире из Аркалохори. Но этот раздел Е. Копаревым пропущен.

    Собственные дешифровки

    «Для расшифровки надписи на вотивной бронзовой двусторонней секире (см. рис. 2) из святилища в пещере Аркалохори была использована таблица фонетических значений иероглифов Фестского диска (см. рис. 1). Надпись читается: СИЯ ВДЕВАЙ ВЬЯЕАВ. Перевод: Сию вдевай после войны».

    Совершенно непонятно, откуда были взяты дешифровки значений Фестского диска – они как бы упали с неба. Кроме того, неясно, в каком порядке идёт дешифровка на секире. Если по вертикали вниз, то первым значком секиры является петушиная голова, которой нет соответствия на Фестском диске. Если считать, что вторым знаком на секире является знак левого столбца второй сверху со значением Я, тогда первый знак имеет звуковое значение СИ. Но такого значения в приведенном силлабарии Фестского диска нет, и откуда оно взялось, неясно. Получается, что для первого знака в репертуаре знаков Фестского диска нет ни тела знака, ни его значения. Но тогда откуда взял его Е. Копарев? Третий знак – мужское лицо анфас. В приведенном репертуаре знаков он отсутствует, все приведенные там знаки имеют лица в профиль. Откуда взялся этот знак? И каким хитрым способом автор узнал его значение, а именно, «В»? Четвертый знак – молоточек с ручкой из точек. Его тоже нет в репертуаре, и равным образом в репертуаре нет значения ДЕ. Откуда они взялись? Пятый знак – корень дерева. В репертуаре такого знака тоже нет. А значение ВА соответствует человечку, а не дереву. Шестой знак похож на ногу на каблуке. В репертуаре отсутствует, но зато значение Й должно передаваться звериной мордой 29. Но тогда нога – не Й. В таком случае, откуда она взялась? Итак, первый итог: из 6 знаков первого столбца опознан верно только один.

    Таковы же результаты и по остальным двум. Таким образом, становится ясным, что приведенный автором текст СИЯ ВДЕВАЙ ВЬЯЕАВ является высосанным из пальца. Он никоим не получается из репертуара, а также значений знаков Фестского диска, а представляет собой самостоятельный набор знаков, чьи значения свалились с Луны. Так дешифровки не производят!

    Фонетические значения иероглифов Фестского диска
    Рис. 1. Фонетические значения иероглифов Фестского диска.

    Надпись на вотивной бронзовой двусторонней секире из святилища в пещере Аркалохори
    Рис. 2. Надпись на вотивной бронзовой двусторонней секире из святилища в пещере Аркалохори

    Таким образом, надпись на секире из Арколохори Е. Копаревым прочитана, исходя неизвестно из чего, из таких знаков и их значений, которые никогда не упоминались прежде. Но даже если принять эти значения за истину, всё равно не получается смысл СИЮ ВДЕВАЙ ПОСЛЕ ВОЙНЫ. Написано-то СИЯ, а не СИЮ, так что имеется именительный падеж указательного местоимения, а не винительный. И написано не ПОВОЕВАВ, а ВЬЯЕВАВ, что не является русским словом.

    Опять-таки, даже если откуда-то взялся смысл СИЮ ВДЕВАЙ ПОВОЕВАВ, возникает вопрос: СИЮ ВДЕВАЙ КУДА? СИЮ ЧТО? Как известно, ножны были предусмотрены только для сабли. Мечи, боевые топоры, секиры, сулицы, пики ножен не имели, так что неясно, во что их должны были ВДЕТЬ после войны. И обязательно в тексте должна была упоминаться секира, а этого упоминания почему-то нет.

    Итак, вывод отсюда только один: дешифровка выполнена неверно.

    Надпись на глиняной табличке. Образец линейного письма А (дешифровка Г. Гриневича)
    Рис. 3. Надпись на глиняной табличке. Образец линейного письма А (дешифровка Г. Гриневича).

    Дешифровка № 2. Надпись на глиняной табличке письмом А

    «Надпись, исполненная линейным письмом А (см. рис. 3), читается справа налево: УВОЗИ РУЗЫ ДАЛЬЗЫ. Перевод: Увози розы дальше. При дешифровке использовался искусственный алфавит критского линейного письма А (см. рис. 5)». Здесь сразу же можно сказать, что надпись никак не соответствует заявленному алфавиту. Так, в слове УВОЗИ буква У должна была изображаться двоеточием, которого нет в первом слове, тогда как в тексте использован знак, очень напоминающий глаголический ЮС МАЛЫЙ.; второй знак В должен быть чем-то вроде буквы В в обратную сторону, чего также нет, а наоборот, второй знак следовало бы прочитать как Л. Буква О на рис. 5 отсутствует, но она откуда-то взялась в дешифровке, буква З выглядит как греческая буква ПСИ, тогда как в тексте использовано нечто, вроде прописной буквы Т. Иными словами, ни один из трех знаков первого слова не имеет ни малейшего соответствия знакам на рис. 5. Соответственно, никак не могут быть прочитаны заявленным способом ни второе слово, ни, тем более, третье и четвертое (в которых всего четыре знака, тогда как в чтении – шесть).

    Но и сам алфавит на рис. 5 получен неизвестным способом. Неясно также, для чего увозить розы дальше. Таких распоряжений мы не встретим ни в одном древнем тексте. Кроме того, речь идёт о совершенно несвязанных между собой табличках, которые объединил Г.С. Гриневич. Таким образом, никакой якобы дешифровки перед нами нет.

    Надпись на глиняной табличке. Образец линейного письма Б.
    Рис. 4. Надпись на глиняной табличке. Образец линейного письма Б.

    Прочтение надписей, выполненных критским линейным письмом класса А. «Древних критян называют первыми европейцами. Месопотамская и древнеегипетская цивилизации мира родились в долинах великих рек. Критская цивилизация, возникшая на острове, во многом отличалась от этих двух цивилизаций. Главное отличие состояло в том, что государство Крита было великой морской и торговой державой. Критские мореходы и торговцы поддерживали контакты с Египтом и Северным Причерноморьем, полностью господствовали в Средиземном море.

    Взрыв вулкана на острове Санторин, лежащем к северу от Крита, произошедший около 1450 г. до н.э. по официальной хронологии, вызвал сильное землетрясение, в результате чего экономике Крита и всему его прежнему могуществу был нанесен непоправимый урон. Мало что напоминало ученым, пришедшим в конце XIX века на Крит, о его былом могуществе.

    В 1900 г. Артур Эванс приступил к раскопкам города Кносса на северном побережье острова Крит и достиг грандиозных успехов. Ему удалось обнаружить легендарный Лабиринт царя Миноса, построенный в конце III тысячелетия до н.э. по официальной хронологии. Не менее важным для нас открытием был архив Кносского дворца — сотни глиняных табличек, покрытых письменами, которые были названы критскими. Некоторое время спустя, в других частях Крита и на территории материковой Греции, в Пилосе, было обнаружено более 5 тысяч глиняных табличек с критскими письменами.

    Артур Эванс предпринял попытку расшифровать критское письмо, но не смог этого сделать. Он ограничился лишь классификацией, выделив: 1) критское иероглифическое письмо (XX — XVIII вв. до н.э.); 2) линейное письмо класса A(XVII — XV вв, до н.э.); 3) линейное письмо класса Б (XV — XIII вв. до н.э.). К 1963 году было найдено около 200 кратких надписей, сделанных линейным письмом А. Большинство надписей открыто в окрестности городка Айа-Триада на Крите. Совсем недавно археологам удалось найти глиняную табличку с надписью, сделанной линейным письмом А, на материковой части Греции. Письменные памятники линейного письма А обнаружены на самых разнообразных предметах — от кувшинов для хранения вина до рукояток топоров.

    При идентификации знаков линейного письма А мною был использован, главным образом, иконографический метод, при котором знаки линейного А сравнивались со знаками ранее дешифрованной В.А. Чудиновым этрусской письменности, а также со знаками Фестского диска. Фонетическое значение знаков дается на основании результатов проведенной работы по сравнению их с буквами этрусского искусственного алфавита, предложенного В. А. Чудиновым, и знаками Фестского диска».

    Все это до последнего абзаца не имеет непосредственного отношения к дешифровкам и может быть опущено. Хотя указание на 5 тысяч табличек важно – нужно исследовать хотя бы один процент от них, то есть, не менее 50 надписей. А последний абзац требует самого серьёзного разъяснения – как и на основании чего были приняты те или иные значения знаков. Пока этого разъяснения нет – составленный произвольно алфавит на рис. 5 не имеет никакой научной ценности. Произвольно можно составить какой угодно алфавит, из знаков какой угодно письменности.

    Искусственный критский алфавит линейного письма А (рабочий вариант)
    Рис. 5. Искусственный критский алфавит линейного письма А (рабочий вариант)

    Статьи с исправлениями и новая статья

    Saturday, September 19 «Уважаемая редакция, разместите, пожалуйста, у себя на сайте эти статьи. В статьи я внес изменения: в статью о письме А.  И в 1 статью о Диске. С уважением, Е. Копарев»

    Надпись № 1. «Текст надписи (К-87): БЬЮЩЧЕ ВИНО ЙЗЪ ГРАСЙИ. Текст имеет слитное написание, без интервалов между словами. Текст читается справа налево.Перевод текста: Вино для питья из Греции. Первый знак напоминает знак 30 из репертуара знаков Фестского диска, но только в направлении направо, поэтому его фонетическое значение не БЪ, а БЬ. Второй знак напоминает знак 20 с тем же фонетическим значением Ю.Третий – напоминает знак 45 с огласовкой ЩЬ.Четвертый похож на лигатуру из Т и Ш. Знак 35 Диска имеет как раз такое значение (смотрите мою предыдущую статью).Пятый – имеет фонетическое значение Ви из этрусского алфавита.Шестой – лигатура из Н и О этрусского алфавита. Седьмой и восьмой знаки – реверс – со значением ЙЗЪ. Знаки сравнивались с этрусским алфавитом и руницей. Знаки с седьмого по тринадцатый сравнивались с этрусским искусственным алфавитом».

    Перед нами – пример того, как не следует писать статьи. Послано их в течение нескольких дней несколько. Вопрос первый – какая статья может быть названа предыдущей – этого дня или предыдущего дня? Почему читатель обязан помнить, в каком порядке автор писал статьи? Вопрос второй – сколько может быть примеров № 1? Вопрос третий – почему критяне пользовались знаками Фестского диска и письмом этрусков, и даже руницей, а не только линейным А? Вопрос четвертый: почему слово БЬЮШЧЕ (то есть, БЬЮЩЕЕ) переводится не, например, КРЕПКОЕ, или ФОНТАНИРУЮЩЕЕ (если оно шипучее), а как ДЛЯ ПИТЬЯ, и разве существуют вина для чего-то другого (например, для мытья, для ванн, для чистки посуды, для лечения, для протирки окон и т.д.)? Вопрос пятый – с каких пор ГРЕЦИЯ стала ГРАСЙЕЙ?

    Словом, дешифровка неприемлема, ибо неясно, как она вообще получена и что означает надпись ВИНО ДЛЯ ПИТЬЯ.

    Надпись № 2 «(К. и III. — 17).Надпись на глиняной табличке и разделена горизонтальной чертой на две равные части. В верхней части надпись состоит из 24 знаков, в нижней части — из 12. Текст надписи, которая также читается справа налево: ШКАЧЬ ОТ ДЬЗЕ ЛЙЕГЦЬЭ Й РАССИЕ ЛЕЖИТ БИЕЦЧАЦЬАЯ ТЭЖЬ На ЙЕ. Перевод с критского диалекта русского языка. Скачи отсюда поспокойнее в Россию: в ней лежит бьющаяся вещь.

    1 знак имеет фонетическое значение Ш. Напоминает знак 33 Диска с тем же значением.

    2 знак напоминает знак 31 Диска со значением К.

    3 знак - точка - А (сравнивался с этрусским алфавитом).

    4 – ЧЬ – сравнивался с руницей и этрусским алфавитом.

    5 – это ОТ этрусского алфавита.

    6 – ДЬЗЬ – похож на 25 знак Диска. Напоминает ДЗ этрусского алфавита.

    7 - две точки – Е.

    8 – Л (напоминает даже Л в деванагари).

    9 – Й (этрусский алфавит – ЭА, Фестский диск - ФД).

    10 – Е

    11 – Г (ЭА).

    12 – лигатура – из Т и С – ЦЬ.

    13 – Э.

    14 – маленькая точка – Й (ЭА, ФД).

    15 – лигатура РА (ЭА).

    16 – С – сравнивался ЭА.

    17 – СИ - сравнивался с руницей.

    18 – две точки - Е.

    19 – Л.

    20 – две черты – это Е (из руницы).

    21 – Ж (сравните с ЗЪ этрусского алфавита - ЭА).

    22 – Т – сравните со знаком 7, знаком 46 Диска.

    23 – расположен под 21 знаком - Б (сравните с аналогом руницы).

    24 – И (ЭА).

    Нижняя половина.

    1 – две точки - Е.

    2 – то же, что и 12 из верхней половины, но твердый. – ЦЪ.

    3 – сравните с первой надписью – со знаком – четвертым первой надписи.

    4 – А. 5 – Ц (ЭА). 6 – А. 7 – Я (сравните с знаком № 33 ФД). 8 – ДЖ – сравните с ДЖ этрусского искусственного алфавита (Чудинов В.А. Вернем этрусков Руси. – М. : «Поколение», 2006. – С. 60.).

    Фонетическое значение остальных знаков было установлено иконографическим методом, используя материалы попытки расшифровки Фестского диска».

    Иконографически – то есть, по внешнему сходству знаков, независимо от того, имеют ли похожие знаки одно и то же фонетическое значение. Иными словами, из «иконографического» сходства русского знака Я и латинского R можно сделать вывод, что латинский знак следует читать ЙА. При этом опять-таки, совершенно неясно, зачем делать надпись совокупностью знаков из 3-4 письменностей.

    На следующем этапе становится ясным, что нет ни одного славянского языка, в котором бы предлог В, который может принимать форму ВО или У, имел бы форму Й. А с точки зрения русского языка слово ТЭЖЬ – скорее ТЕ ЖЕ, но никак не ВЕЩЬ. Да и выговорить слово БИЕЦЧАЦЬАЯ практически невозможно.

    Наконец, на заключительном этапе получилась глупость: человеку якобы предложено немедленно, хотя и медленно, скакать с Крита в Россию, где лежит какая-то бьющаяся вещь. Всего лишь пару месяцев поскакать быстро, но поспокойнее, с большими остановками, – и глядишь, бьющуюся вещь можно будет на скаку подхватить, и она не успеет разбиться. Можно уверенно сказать – такую чепуху наши предки не писали!

    Замечу, что в одном случае «бьющее» вино звучит как БЬЮШЧЕ, а в другом «бьющаяся вещь» уже выглядит как БИЕЦЧАЦЬАЯ, хотя во втором случае это слово должно было бы иметь написание БЬЮШЧЕЦЬАЯ (если в первом случае слово дешифровано правильно). Эпиграфисты тщательно следят за каждым прочитанным словом и составляют словари, тогда как новички (и это их отличительный признак) одно и то же слово читают каждый раз по-новому, что и заставляет относиться к ним как к непрофессионалам.

    Опять результаты дешифровки на каждом этапе крайне сомнительные.

    Дальнейшие прочтения критских надписей

    «О дешифровке критских надписей II тысячелетия до н. э. по официальной хронологии английскими исследователями М. Вентрисом и Дж. Чэдуиком научная общественность узнала из статьи, опубликованной Вентрисом и Чэдуиком в 1953 г. в «Journal of Helle­nic Studies». Три года спустя вышел в свет капитальный труд, написанный М. Вентрисом и Дж. Чэдуиком.После пятидесяти лет поисков и предположений ученых первым, кому удалось убедить значительную части научного сообщества, что язык критских надписей, исполненных линейным письмом, — греческий, был М. Вентрис. Возникла необходимость ответить на множество вопросов, связанных с историей дешифровки критской письменности. Выполнить эту задачу взялся ближайший соратник Вентриса — Дж. Чэдуик.

    В 1958 г. он публикует свою книгу «Дешифровка линейного письма Б», русский перевод которой был предложен вниманию советского читателя в сборнике статей (Тайнах древних письмен. Проблемы дешифросвки. - М.: Прогресс, 1976. – 591с.).

    Исследованиями по критологии в Советском Союзе в то время был занят профессор Лурье С. Я. Он написал детскую книжку о микенцах, которую он назвал «Заговорившие таблички» (Москва, 1960 г.). Это была единственная попытка в послевоенной Советской России донести до людей столь трудную тематику. Исходя из содержания имеющихся у меня источников, мне не представляется возможным сделать вывод о том, что советские ученые согласились с утверждением М. Вентриса. А как отнеслось к работе М. Вентриса мировое научное сообщество?.. Неужели все критологи считали, что язык древних критян - греческий?

    В 1931 г. издательство Оксфордского университета выпустило в свет небольшую книжку под названием «Through Basque toMinoan» («К минойскому через баскский»). Автором книжки был Ф. Гордон. В ней он пытался прочесть минойское письмо, припи­сывая его знакам фонетические значения, взятые им из баскского языка, «на тот случай, если бы эти языки оказались близкородственными».

    Пользуясь этим «методом», Гордон перевел несколько надписей из Кносса как элегические стихи. При этом он читал их и сле­ва направо и справа налево.

    Совершенно иной характер носит работа болгарского ученого В. Георгиева, который в книге «Проблемы минойского языка», вышедшей в 1953 г. в Софии на русском языке, обобщил ряд своих ранних работ. Он считал, что древний критский язык был диалек­том широко распространенного догреческого языка, на котором говорили в Греции до прихода туда эллинов. Этот язык, по его мнению, был схож с хеттским языком.

    В начале 1950 года М. Вентрис рассылает анкету-вопросник под названием «Сообщение» группе ведущих ученых, которые, как ему было известно, непосредственно работали над критскими над­писями. Вопросы были составлены так, чтобы они смогли бы выявить мнения критологов относительно типа языка. Он заключил «Сообщение» такими словами: «Я искренне надеюсь, что этими письменами занимается доста­точно людей и что в недалеком будущем им удастся найти удов­летворительное решение проблемы. Я шлю им свои лучшие пожелания. Я же, будучи вынужден заняться другой работой, делаю мой последний скромный вклад в наше общее дело». Вклад был, разумеется, не последним. Из двенадцати критологов, которым были разосланы вопросы, десять посчитали нужным прислать свои ответы. Каждый из полученных ответов Вентрис перевел на английский язык, проанализировал и вместе с изложением собственных взглядов разослал тем же десяти участникам обмена мнениями.

    Взгляды этих ученых сильно отличались друг от друга. Георгиев и Ктистопулос, например, считали, что они уже нашли, по крайней мере, частичное, решение проблемы. Другие ответы были сдер­жанней, но в них не предлагалось решения проблемы. Обмен мнениями, показал, что по основным вопросам между учеными существовали большие разногласия. Ответы не прислали двое ученых — Грозный (Чехо­словакия), который признан дешифровщиком хеттской письменности, и мисс Кобер из США.

    Никто и не думал всерьез, что за критским линейным письмом может скрываться греческий язык. Нужно подчеркнуть, что вплоть до середины 1952 года М. Вентрис склонялся в пользу связи критского языка с этрусским. Его рабо­чие заметки, по свидетельству Чэдуика, полны сравнений критского языка с этрусским и попыток сопостав­ления минойских слов и суффиксов с этрусскими.

    В 1953 году М. Вентрис окончательно решил, что за критским письмом находится древний диалект греческого языка».

    Здесь автор, как мне кажется, пытается дать своё видение проблемы как объективное. На самом деле научной сообщество признало правоту Вентриса и прочитало уже тысячи табличек, основываясь на его дешифровках. Так что тут Е. Копарев неправ.

    «Однако критские надписи можно прочесть с помощью русского языка. С целью подтверждения данного утверждения позволю себе привести пример такого прочтения».

    Искусственный критский алфавит линейного письма Б (рабочий вариант)
    Рис. 6. Искусственный критский алфавит линейного письма Б (рабочий вариант)

    При взгляде на рис. 6 у меня невольно возникает вопрос: если данный алфавит получен только по внешнему сходству знаков, то насколько можно ему доверять?

    Надпись (без номера)

    (см. рис.7): «Читается справа налево. ТО ДЛЯ ЙЯАГАЖ ШЩЁТА ДО СЬСКЧКИ ПЕРЕЛЁТ БЕЖИТ. Перевод: Это для его счета на скачки. Перелёт бежит. Комментарии, как я вижу, не нужны».

    Надпись линейным Б
    Рис. 7. Надпись линейным Б

    На самом деле комментарии нужны, и даже очень. Буква Т, по Е. Копареву, обозначается так:
    .
    А тут первая буква есть овал со вписанным в него прямым крестом. Такой буквы на рис. 6 нет, стало быть, это неизвестно какая буква, ее следует обозначить как «?». Третья буква является вертикальной чертой с тремя поперечинами одинаковой длины, но она дешифровщиком принимается без всяких оговорок за букву Д, которая представляет собой горизонтальную линию с тремя поперечинами разной длины. На каком основании? Ее также следует обозначить как «?», и это будет честно. Вторая буква второй строки не похожа ни на А, ни на Я, но однозначно трактуется дешифровщиком как Я. Почему? И она должна быть обозначена как «?»

    Не буду утомлять читателя и остальными вопросами, а сразу скажу: при дешифровках, особенно при первых, нужно ОБЯЗАТЕЛЬНО объяснять соответствие КАЖДОЙ буквы надписи принятому алфавиту. Иначе доверия подстрочнику не будет никакого. А в этом подстрочнике, вероятно, половина букв определена неверно.

    Следующий этап – сравнение слов. В предыдущем примере слово СКАЧИ было дано как ШКАЧЬ, следовательно, слово СКАЧКА должно выглядеть как ШКАЧЬКА. А оно здесь даётся как СЬСКЧКА. Почему? Слово всегда сохраняет свой морфемный состав, меняются только окончания. А если оно выглядит каждый раз по-новому, значит, оно прочитано неверно. Или – почему вместо ЕГО Ж написано ЙЯГА Ж? Если Я – уже йотированный звук, то в сочетании букв ЙЯ имеется двойная йотация? Но разве такое в языкознании известно? Не означает ли это просто очередную ошибку дешифровщика? Буква А в окончании передает женский род, но если владелицей счета была женщина, ее притяжательное местоимение должно было бы звучать как ЕЯ Ж, а не ЯГА Ж. Следовательно, и тут мы имеем ошибку дешифровщика.

    Последний этап – выяснение смысла. Что такое СЧЁТ НА СКАЧКИ? У древних критян существовали ипподромы? На ипподромах работали тотализаторы? В микенологии такие данные неизвестны. Как ПЕРЕЛЁТ (имеется в виду птиц: весенний или осенний) может бежать? А ведь это – первый смысл слова ПЕРЕЛЁТ. Или, возможно, это кличка лошади? Но тогда это – окказиональный смысл, он требует пояснения. Надо показать, что среди возможных кличек лошадей (Буланый, Жеребчик, Чалый и т.д.) встречается если и не точно такое, то хотя бы близкое слово (Полёт, Летун, Пролёт и т.д.). Иначе и это предположение выглядит сомнительным.

    Итак, мы видим, что на самом деле пояснение к прочитанному должно было бы составить не менее пары страниц, и каждый шаг дешифровщика должен быть понятен читателю. Иначе перед нами не чтение – а ПРОИЗВОЛ.

    Имеется еще несколько страничек о чтении финикийских текстов, но я пока ограничусь микенскими, ибо расширение количества алфавитов читаемых текстов однозначно свидетельствует не в пользу, а ПРОТИВ дешифровщика. Науку, в отличие от обыденного мнения, интересует не ШИРОТА взглядов исследователя, а его ГЛУБИНА. А с этим у Е. Копарева большая проблема.

    Обсуждение

    Я провожу столь тщательное исследование данного труда вовсе не из сочувствия к усилиям его автора – он мне глубоко безразличен, а для того, чтобы предостеречь на этом примере тех людей, которые захотят с места в карьер читать пока непрочитанные письмена.

    Мне еще после рассмотрения взглядов Е. Копарева на дешифровку Фестского диска стало понятно, с кем я имею дело – с эпигоном Г.С. Гриневича. А книга Г.С. Гриневича является рассадником легкомысленного отношения к эпиграфике, и имеет скорее отрицательное, чем положительное значение в качестве пропаганды научных знаний. Этот исследователь в своей книге пытается убедить читателя, что достаточно иметь только горячее желание прочитать какие-то тексты, и его вполне достаточно, тогда как ни лингвистического образования, ни сведений по истории вопроса иметь совершенно не требуется. В списке литературы (который появился только во втором заводе книге) идут ссылки на справочные и общие работы, но не цитируется ни одна книга подлинных дешифровщиков. Да и сами ссылки на иностранную литературу идут с орфографическими ошибками, показывающими, что автор не знаком ни с польским, ни с немецким языками. Иными словами, автор продемонстрировал в ней некоторые общеизвестные сведения, расписался в незнании иностранных языков, но нигде не продемонстрировал своих профессиональных знаний и навыков. Это – книга дилетанта в прямом смысле слова. Правда, дилетанта увлеченного и патриотичного.

    А для Е. Копарёва этот пример Гриневича, – человека не из филологии, геолога, который волей судьбы опубликовался в переломный для истории постсоветской России момент, когда читатель жадно искал негосударственное слово, и потому был замечен, – оказывается единственным светом в окошке. Копарёв, например, совершенно не знает книг А.А. Молчанова «Таинственные письмена первых европейцев» (М., «Наука», 1980, 119 с.) и «Посланцы погибших цивилизаций (Письмена древней Эгеиды)» (М., Наука», 1992, 192 с.) и Ю.В. Откупщикова «Фестский диск. Проблемы дешифровки» (СПбГУ, 2000, 40 с.), которые следовало не просто пересказать, но и прокомментировать. Это – общая история вопроса в трудах эпиграфистов классического направления. Тут следовало объяснить, в чем они неправы, и почему необходимо переходить к славянскому чтению.

    Незнаком он и с работами дешифровщиков – своих предшественников по славянскому и русскому чтению критских текстов помимо Гриневича: Петра Орешкина «Вавилонский феномен. Русский язык из глубины веков» (СПб, ЛИО «Редактор», 2002, 175 с.), А. Дмитриенко «Памятники слогового письма древних славян (Этрусские надписи. Фестский диск. Линейное А и Б)» (М., «Белые альвы» 2001, 224 с.), А.В. Козельского «Письмена античных славян. Крит. Линейное А. Сборник текстов» (М., «Компания спутник», 2003, 146 с.), Ю.Г. Янкина «Завещание и наследство праславян-рысичей (русичей), рысичей (ручией)-ариев и индоариев» (М., журнал «Национальная безопасность и геополитика России», 2003), В.В. Гладышева. «Наследство атлантов. Русь изначальная» (М., ЛКИ, 2007, 136 с.). Эти работы нужно было отрецензировать предельно точно, внимательно и в самом широком объёме, чтобы выявить их положительные и отрицательные стороны. Только после этого, зная силу и слабость предшественников, можно приступать к самостоятельной дешифровке.

    Тяжелое впечатление на читателя производит перерисовка изображений первоисточников. Так, Е. Копарев заимствует изображение табличек из книги Г.С. Гриневича, а тот, в свою очередь – из книги Артура Эванса. Это – случайные примеры. Основным источником критских надписей является книга: J. Chadwick, L. Godart, J.T.Killen, J.P. Oliver, A. Sacconi, I.A.Sakellarakis. Corpus of Mycenaean inscriptions from Knossos. Cambridge, L., N.Y., New Rachell, Melbourne, Sidney, Roma, 1986, 433 pp. Это издание содержит 1063 иллюстрации. Понятное дело, что такую книгу можно достать только Российской национальной библиотеке (бывшей Ленинке), да и то в ее филиале в Химках (точнее, на Левобрежной), куда трудно добираться на автобусе, а потом нужно правильно оформить заказ на нее со всеми индексами, что требует времени порыться в каталоге, а затем еще нужно часа 2-3 подождать, пока ее принесут. И хотя я непосредственно именно критскими дешифровками не занимался, но специально потратил целый день 23 февраля 2003 года на знакомство с этим источником, и даже зарисовал часть надписей. Но зато при копировании отсюда никаких недоуменных вопросов у читателя никогда не возникнет.

    То, что я здесь излагаю, вещи настолько ЭЛЕМЕНТАРНЫЕ, что никто из профессионалов о них никогда не пишет. Это как при поездке на автомобиле – необходимо включить зажигание, закрыть двери и пристегнуться ремнем безопасности. Но в любой книге обычно пишут, что человек сел в автомобиль и поехал.

    Далее должна следовать целая глава с подробным рассмотрением алфавита и его различных вариантов: какие знаки считаются самостоятельными, какие – их графическими вариантами, какие можно принять за лигатуры. Отсюда – определение точного количество букв в алфавите, а как следствие – определение характера письма (буквенное, или слоговое, или буквенно-слоговое), а из него – предположительный характер языка надписей (индоевропейское письмо или нет, а если индоевропейское, то по количеству звуков к какому языку ближе всего). И как естественный вывод – собственный алфавит. А если в нем нет хотя бы одного из часто встречающихся в надписях знаков – следовательно, работа эпиграфиста проведена небрежно. А если в текстах встречается 3-4 знака, которые отсутствуют в алфавите, то, следовательно, такую работу эпиграфиста вообще нельзя считать завершенной и достойной публикации. Между тем, эта глава – САМАЯ ВАЖНАЯ в любой публикации дешифровщика.

    Еще раз подчеркну: различие между дешифровщиком и обычным эпиграфистом состоит в том, что результатом деятельности эпиграфиста является чтение конкретного текста. А результатом деятельности дешифровщика является создание работоспособного алфавита, с помощью которого можно читать тексты. У Е. Копарева и создание алфавита, и чтение текста объединены, и то и другое происходит без каких-либо объяснений, «с потолка», и потому не выдерживает никакой критики.

    Опять-таки, перед чтение текста необходимо разработать знаки транскрипции данного критского текста, то есть, придумать самый красивый и самый различимый по знакам шрифт, выбрав из всех начертаний букв наиболее совершенные. А далее пояснить каждый знак русскими или латинскими буквами, создав соответствующую транслитерацию. И любое слово из конкретного критского текста пояснять строкой ниже как знаками транскрипции, так и буквами транслитерации.

    Работоспособный алфавит – это, так сказать, станок для эпиграфиста, его рабочий инструмент. А без инструментов работать невозможно. Но выявлять знаки иконографическим или акрофоническим методами неправомерно, ибо оба эти метода имеют крайне узкую применимость и в общем случае не работают. И даже если они могут дать какой-то результат, это нужно особо оговаривать.

    Ну, а при использовании алфавита нужно также соблюдать максимум внимания. Часто новички читают только наиболее крупные буквы, тогда как тексты, написанные средним и мелким шрифтом, они игнорируют. А ведь существуют еще и мельчайшие буквы. Имеются также затертые, неясные и стертые буквы, имеются различные точки, галочки, черточки, которые могут читаться, а могут быть словоразделителями или другими служебными пометами.

    Особой и весьма сложной проблемой является разбиение текста на слова. ТУТ НУЖНО УБЕДИТЬ ЧИТАТЕЛЯ, ЧТО ВЫДЕЛЕННЫЕ ТАКИМ ОБРАЗОМ СЛОВА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СУЩЕСТВУЮТ В ЯЗЫКЕ. А если этого нет, то написанный заглавными буквами текст может получить совершенно противоестественное разбиение, например, ТУ ТНУ Ж, НО У БЕДИ ТЬЧИТА ТЕЛЯЧ, ТО ВЫ-ДЕ ЛЕННЫ Е ТАКИ, МОБРА ЗОМСЛО ВАДЕ Й С ТВИТ Е ЛЬНОСУ, ЩЕ С ТВУЮ ТВЯ ЗЫКЕ. Иначе говоря, нужно показать возможность существования данного или похожего слова именно в данном языке.

    А далее в силу вступает самый жесткий критерий: слова одного значения независимо от текста должны СОВПАДАТЬ. А в приведенных примерах мы имеем разночтения: ШКАЧЬ и СЬСКЧКА, БЬЮШЧЕ и БИЕЦЧАЦЬАЯ. И каждое новое слово должно быть атрибутировано определенной частью речи, соответствующей формой этой части речи, а затем занесено в словарь с его переводом на современный русский язык.

    Наконец, всё выражение должно быть ОСМЫСЛЕНО в реалиях той эпохи. И если не было ипподромов и их тотализаторов, то не могло быть и никаких счетов (кстати, ставки на выигрыш по-русски счетами не называются). И не может существовать «вина ДЛЯ ПИТЬЯ», поскольку никакого иного применения вино не имеет.

    То, что нам предложил Е. Копарев – это первая проба пера. Это как первая, очень неумелая парковка автолюбителя, за которые он сразу попросил выдать ему права. А он их еще не заслужил ни своими только формирующимися навыками, ни своим совершенно ничтожным опытом вождения автомобиля. Однако если этот автор хочет иметь славу новичка и дилетанта, причем славу публичную – это его право.

    Заключение. Почему-то многим кажется, что прочитать неизвестную письменность – это исключительно простое дело. Как говорил Г.С. Гриневич – пришел, увидел, прочитал. Но сам-то он дальше начальной стадии так и не продвинулся.

Оставьте свой комментарий


Закрыть

Задать вопрос В.А. Чудинову