Подписные пряслица со словом ПРЯСЛЕНЬ

Чудинов Валерий Алексеевич


После Великой отечественной войны в отечественной археологии усилился интерес к подписным пряслицам, почти о каждом из которых публиковалась если не статья, то хотя бы краткая заметка. Постепенно, однако, интерес к подобным однотипным надписям стал падать, возможно, из-за наличия на них нечитаемых значков.

Назначением данной статьи является выявление закономерностей в характере и способах начертания владельческих надписей подписных пряслиц, а также сопоставление слоговых знаков и кирилловских букв. Применение славянского силлабария впервые дало возможность прочитать практически все прежде нечитаемые надписи.

Оглавление:
  • Подписные пряслица со словом ПРЯСЛЕНЬ
  • Новгородские памятники
  • Памятники из Суздаля
  • Памятник из Ярославля
  • Памятники из Старой Рязани
  • Белорусские памятники
  • Памятники из Белоозера
  • Памятник из Пскова
  • Неопубликованные памятники
  • Киевские памятники
  • Памятник из Путивля
  • Болгарские памятники
  • Польский памятник
  • Чисто кирилловские памятники
  • Пряслице черняховского времени
  • Анализ полученных результатов
  • Литература
  • Подписные пряслица со словом ПРЯСЛЕНЬ

    После Великой отечественной войны в отечественной археологии усилился интерес к подписным пряслицам, почти о каждом из которых публиковалась если не статья, то хотя бы краткая заметка. Постепенно, однако, интерес к подобным однотипным надписям стал падать, возможно, из-за наличия на них нечитаемых значков.

    Назначением данной статьи является выявление закономерностей в характере и способах начертания владельческих надписей подписных пряслиц, а также сопоставление слоговых знаков и кирилловских букв. Применение славянского силлабария впервые дало возможность прочитать практически все прежде нечитаемые надписи.

    Новгородские памятники

    Рассмотрение начнем с пряслиц из Новгорода. Первая из надписей нанесена на пряслице из розового шифера, найденное в 1983 году на Троицком раскопе в слое ХIII века [1, с. 115, № 24], рис. 1-1:

    Пряслица из Новгорода
    Рис. 1. Пряслица из Новгорода

    В.Л. Янин читает текст НЕДhЛЕ на одной строке и КИНЕ на другой. Слово ПРЯСЛЕНЬ, написанное кириллицей же, он не замечает, как и лигатуру на верхней строке. Мы, однако, читаем это слово, хотя две первые буквы лежат на боку (и тем самым читаются сверху вниз), ЮС МАЛЫЙ перевернут вверх ногами, буква С зеркальная, слог ЛЕ написан лигатурой и зеркален, последний слог НЬ также написан лигатурой и лежит., рис. 1-3. Такой способ написания показывает, что было два автора надписи, один из которых хорошо знал кириллицу, но не писал слоговым письмом; другой закончил первую строкой слоговой лигатурой КИНЬ (КИНИ) и написал как бы кирилловскую транслитерацию слогов буквами, где П и Р мыслились как первый слог, перевернутый ЮС – как второй; буква С, напоминающая слог СЬ – как третий, ЛЕ – как четвертый, и НЬ – как пятый. Судя по уверенным линиям первой руки и весьма приблизительным и слабым второй, первая пряха была сильной и грамотной женщиной, тогда как вторая, вероятно, была либо старой, либо немощной, и не имеющей хорошего знания кирилловской грамоты. Таким образом, перед нами находится смешанный текст из кириллицы и слоговых знаков; слоговой лигатурой КИНИ написано окончание кирилловского слова НЕДЕЛЬ; красивой кириллице противопоставлена настолько плохая кириллица слова ПРЯСЛЕНЬ, что В.Л. Янин не смог его причитать. Тем не менее, именно это слово является настоящей находкой для палеографа, ибо здесь показан почерк человека, переходящего со слоговой письменности на буквенную и пишущего буквы по слогам. Так слог ЛЕ написан целиком зеркально, что затрагивает не только начертание знаков, но и их последовательность.

    Второе пряслице из розового шифера найдено в 1952 г. на Неревском раскопе в слое ХII века [1, с. 113, № 22], рис. 1-2. В.Л. Янин читает слово в две строки как ФЕНИЩ и ЕНИ, но допускает чтение и бустрафедоном [1, с. 113], что дало бы ФЕНИЩИНЕ, т.е. ФЕНИЩИНЬ. «В этом случае имя хозяйки пряслица – Фенишка (производное от Фекла, Федора, Федосья и т.п.)» [1, с. 113]. Нас, однако, подобное чтение не устраивает, поскольку имя Фенишка или Фенище не известно. Неизвестно нам и кирилловское написание бустрафедоном. Первый знак, на наш взгляд – вовсе не Ф; незамеченным оказался и последний знак текста. Поэтому мы предлагаем другое чтение. Первый знак, принятый за Ф, разлагается на слоговые знаки ДЕ, ЧА и ВИ, что вместе с кирилловской буквой Е дает слово ДЕВИЧАЕ, т.е. ДЕВИЧЬЕ. Второе слово – чисто кирилловское, хотя написано в две строки; читается нормально, слева направо, а не бустрофедоном: НИЩЕНИ. Третье слово написано слоговыми знаками: между буквой Щ и крестом помещен знак ПЪ, остальные знаки расположены правее. Сначала помещена лигатура из РЯ и СЬ, слитых в верхней строке, и ЛЕ, подписанного внизу. Далее следует одиночный знак НИ, написанный с разрывами; кроме того, левая нижняя палочка у него оказалась по ошибке написанной справа от знака. Суммируя все знаки, получаем слово ПЪРЯСЬЛЕНИ, множественное число от слова ПРЯСЛЕНЬ.

    В результате полный текст гласит: ДЕВИЧАЕ НИЩЕНИ ПЪРЯСЬЛЕНИ, что можно понять как ДЕВИЧЬИ НИЩЕНСКИЕ ПРЯСЛЕНИ. Как видим, текст оказался более информативным. Из него следует, что пряслице могло отличать зажиточных прях от бедных; вероятно, зажиточными были замужние женщины, тогда как девушки оставались бедными. Стыдясь своего положения, одна из девушек так и охарактеризовала свое пряслице – НИЩЕНСКОЕ. При этом она осудила не столько свое личное пряслице, сколько сам тип подобных пряслиц, для чего использовано множественное число. (Как увидим ниже, для единственного числа используется не слоговой знак НИ, а слоговой знак НЕ). Вероятно, НИЩЕНСКИМ можно назвать этот грузик цилиндрической формы, тогда как биконическая форма, самая распространенная, считалась «богатой».

    Следующее пряслице из розового шифера было найдено в 1986 году на Троицком раскопе в слое ХII-XIII в. [1, с. 113, № 23], рис. 2-1:

    Пряслица из Новгорода
    Рис. 2. Пряслица из Новгорода

    По мнению В.Л. Янина, на пряслице вырезан текст БАБИНЬ ПРСЛЬНЬ, т.е.БАБУШКИНО ПРЯСЛИЦЕ. Тем самым повторяется мнение, высказанное им же прежде [2, с. 44]. На наш взгляд, верно чтение второго слова, тогда как в первом пропущен слоговой знак Я, играющий роль разделительного Й, так что читать надо БАБЬИНО, и к тому же две черты означают порядковое числительное II, рис. 6 Здесь, таким образом, отличие составляет всего один знак.

    Следующее пряслице из розового шифера было найдено в 1984 году на Троицком раскопе в слое ХII-XIII в. [1, с. 113, № 21], рис. 2-2. Чтение В.Л. Янина – НАСТОКИНЕ, что означает, что хозяйку звали НАСТКА (уменьшительное от «Настасья»). На наш взгляд, оказалась непрочитанной целая лигатура со словом ПРЯСЛЕНЬ, как показано на рис. 2-3. С чтением НАСТОКИНЕ в смысле НАСТЪКИНЬ мы согласны. Объяснение тому, почему О надо читать как Ъ, а Е как Ь мы даем в конце статьи.

    Памятники из Суздаля

    Первое из рассматриваемых пряслиц из розового шифера в этом городе было найдено А.Ф. Дубыниным и Л.А. Голубевой в 1939 году в суздальском Кремле и по данным палеографии отнесено к ХIII веку [3, с. 10, рис. 4], рис. 3-1:

    Пряслица из Суздаля
    Рис. 3. Пряслица из Суздаля

    М.В. Седова полагает, что на пряслице написано СЕ ПРСТЛ [3, с. 10], хотя такая надпись неполна. Кроме того, замечено, что «Во всех случаях, когда обозначен сам предмет, он назван ПРЯСЛЕНЬ. На суздальской же находке он назван ПРЯСТЛЕНЬ (через букву Т). Такое написание, видимо, указывает на происхождение слова ПРЯСЛЕНЬ от ПРЯСТЬ» [3, с. 10]. Позже М.В. Седова повторяет эту надпись, только вместо ЮСА МАЛОГО, видимо, по ошибке, в кирилловской транскрипции помещен ЮС БОЛЬШОЙ. А перевод дан «ЭТО ПРЯСЛЕНЬ ТОГО-ТО... Кому именно принадлежало пряслице, осталось неизвестным из-за скола камня» [4, с. 217]. Тем не менее, этот объект назван «подлинным памятником вещевой эпиграфики» [4, с. 217]. На наш взгляд, написано не СЕ ПРЯСТЛ, а СЕ ПРЯСТЛЕНЬ, рис. 3-3, только два последних знака представлены слоговым способом, и к тому же образуют лигатуру.

    К сожалению, надпись на другом пряслице осталась незамеченной. Точнее, было отмечено, что в слое Х-ХI в. было найдено «несколько десятков шиферных пряслиц (свыше 80), некоторые из них с изображениями» [4, с. 94], однако как надпись изображение на пряслице [4, рис. 30-6], рис. 3-2 не было понято и в число памятников эпиграфики не попало, хотя надпись в основном кирилловская. Найдено было пряслице в постройке № 14, которая раскапывалась в 1983 и 1989 гг. Так что надпись читается нами впервые как ПРIСТЛЕНЬ, причем опять первая часть надписи, ПРIСТ, написана кириллицей (при этом буква Т передана в три вертикальных штриха), а вторая часть, ЛЕНЬ, – с помощью расположенных ниже слоговых знаков. Изображение не было опознано как надпись, видимо, из-за курсивного, наклонного расположения мачт букв. Заметим, что йотованный ЮС МАЛЫЙ передает, видимо, подчеркнуто смягченный (палатализованный) звук РЯ.

    Как видим, и вторая надпись передает слово ПРЯСТЛЕНЬ (через Т), что, видимо, указывает на областное произношение. Кроме того, если в Новгороде слово ПРЯСЛЕНЬ писалось либо целиком кириллицей, либо целиком слоговым способом, то в Суздале первая часть изображалась кириллицей, тогда как ЛЕНЬ передавалась слоговыми знаками.

    Памятник из Ярославля

    При раскопках Ярославля в слое ХI-XVI в. было найдено шиферное пряслице «с процарапанными крестиками» [5, с. 185, рис. 6-12], рис. 4-1:

    Пряслице из Ярославля
    Рис. 4. Пряслице из Ярославля

    Надпись удобнее читать в перевернутом виде. Буква П имеет две покосившиеся боковые мачты, а крыша находится только над левой мачтой, и к тому же перечеркнута дополнительным штрихом. Буквы Р и соединены в лигатуру, за буквой С следует перевернутая буква Т. Конец слова оказывается слоговым, и в косом кресте слиты в лигатуру ЛЕ и НЬ. В результате получается слово смешанного написания, прочитанное нами впервые, ПРСТЛЕНЬ, с буквой Т, рис. 4-2. Этот памятник наиболее поздний из всех рассмотренных.

    Памятники из Старой Рязани

    А.Л. Монгайт, описывая селище в Борках под Рязанью, отмечал: «Среди отдельных находок на Борковском славянском селище следует отметить серию шиферных пряслиц, среди которых в особенности замечательны два, найденных В.И. Зубковым. Одно, обнаруженное в 1945 году, сплошь покрыто нацарапанными значками [6, с. 157, рис. 51], рис. 11, среди которых выделяется изображение квадратов с отходящими черточками. Второе пряслице, 1958 г., содержит надпись ПРСЛНЬ ПАРАСИИ (КРОМ № 6294). По палеографическим данным пряслице может быть датировано ХI-началом XII века. Надпись содержит женское имя, вероятно, имя владелицы, и названии предмета: ПРЯСЛЕНЬ ПАРАСИН» [6, с. 156-157], рис. 5-1 [6, с. 157, рис. 52]:

    Пряслица из Старой Рязани
    Рис. 5. Пряслица из Старой Рязани

    С нашей точки зрения, в чтении есть одна неточность: слово ПРЯСЛЕНЬ написано не с последними звуками ЛНЬ, а с ЛЕНЬ, где ?– не буква кириллицы, а слоговой знак ЛЕ. Вероятно, эпиграфист прав: хотя написано – ПАРАСИИ, читать следует ПАРАСИН(Ъ). Интересным в данной надписи является описка: человек, привыкший писать слоговыми знаками, принял в кирилловской надписи букву Л за слог ЛЕ, и потому после Л не поставил буквы Е, рис. 5-3.

    Гораздо интереснее чтение первой надписи, где, на наш взгляд, также написано слово ПРЯСЛЕНЬ, рис. 5-2, но с очень смягченным РЯ (как это было в Суздале, где был использован йотованный ЮС МАЛЫЙ) – мы это передали в написании ПЪРИЯСЬЛЕНЬ, рис. 5-3. Интересно, что окончание передано кирилловской буквой N, за которой, однако, вместо треугольного Ь стоит слоговой знак I в том же значении. Интересно, что слоговой знак ЛЕ завален влево, тогда как буква N– вправо; оба слоговых знака I показаны в виде маленьких черточек, причем первая из них расположена горизонтально, тогда как вторая – вертикально. Тут нами данная надпись также читается впервые.

    Еще одно шиферное пряслице ХI-XII в. с буквенными знаками найдено в Северном городище самой Рязани, в раскопе 23 в полевой сезон 1978-1979 гг. [7, с.216; с. 329, табл. 101, рис. 5], рис. 6-1:

    Пряслице из Старой Рязани
    Рис. 6. Пряслице из Старой Рязани

    Даем первое чтение. На наш взгляд, надпись начинается на боковой стороне, и вначале читается правый знак как ПЪ, затем лигатура из РЯ и СЬ (знак РЯ изображен зеркально, чтобы СЬ был развернут правильно), далее продолжение оказывается на верхней поверхности цилиндра, где ЛЕ и НЪ слиты воедино. Написано: ПЪРЯСЬЛЕНЪ, рис. 6-2. Знаки написаны неумело, направление письма в одном месте нарушено. Это дает основание считать твердое окончание НЪ опиской, считая, что в Рязани слово ПРЯСЛЕНЬ произносилось стандартно.

    Белорусские памятники

    В Белоруссии подписных пряслиц было найдено довольно много. Рассмотрение начнем с шиферного пряслица, найденного З. Дурчевским в 1937-1938 гг . в старом замке г. Гродно [8, с. 14], рис. 7-1:

    Пряслица из Белоруссии
    Рис. 7. Пряслица из Белоруссии

    На пряслице достаточно легко читается ГИ (ГОСПОДИ), ПОМОЗИ РАБЕ на нижней строке и СВОЕЙ на верхней. Дальнейшая надпись, однако, вызывала разночтения у разных эпиграфистов. Зденек Дурчевский читал ...СВОЕ И НЕ ДАЙ [8, с. 19], Н.Н. Воронин повторил это чтение [9, с. 67], Л.В. Алексеев читал ...СВОЕЙ И ПОДАЙ [10, с. 130], В.Л. Янин предложил самое оригинальное чтение ...СВОЕЙ ИЕЛhHh[11, с. 245]. На наш взгляд, все чтения неприемлемые, поскольку исходят из кирилловского написания последнего слова, тогда как в данном случае слово написано преимущественно слоговыми знаками. Кроме того, эпиграфисты предполагали, что на данном пряслице содержится отступление от владельческой формулы НАСТАСТЬИН (или еще чей-то) ПРЯСЛЕНЬ.

    Наше чтение последнего слова показано на рис. 6-3. Первый знак читается как ПЪ, второй знак представляет собой лигатуру, в которой можно опознать знаки РА, СЬ и ЛЕ, далее следуют кирилловские буквы Н и Ь, тоже образующие слог. В результате получается знакомое слово ПРЯСЛЕНЬ, но в написании ПЪРАСЬЛЕНЬ. Написание ПРА вместо ПРЯ можно считать белорусским отличием (подобно тому, как белорусы произносят слово ТРЯПКА как ТРАПКА). Предпоследнее слово, написанное кириллицей, есть ИЕ в значении ЕЕ. Тем самым, вся запись читается с нашей точки зрения так: ГИ, ПОМОЗИ РАБЕ СВОЕЙ, ИЕ ПЪРАСЬЛЕНЬ, то есть ГОСПОДИ, ПОМОГИ РАБЕ СВОЕЙ! ЕЕ ПРЯСЛЕНЬ. Данное слово прочитано нами как ПРЯСЛЕНЬ впервые.

    Другое шиферное пряслице найдено в Пинске в 1964 году при раскопках окольного города и палеографически датировано ХII веком [12, с. 250]. Автор находки читает НАСТАСЬИНО ПРАСЛЪН[12, с. 248], хотя на кирилловском изображении ясно видно иное написание, НАСТАСИНО, без разделительного Ь, рис. 6-2. Между тем, чтение П.Ф. Лысенко абсолютно верное, хотя и не совсем кирилловское, поскольку на следующей за И букве Н содержится дополнительный косой штрих. Он может читаться слоговым способом: как мы раньше предположили, Я в значении И (см. рис.4); теперь это Ю в значении И. Так что и здесь присутствует, хотя и в замаскированном виде, слоговой знак. Отметим также, что П.Ф. Лысенко не обратил внимания на Ь в конце слова ПРАСЛЕНЬ, которое опять-таки написано через ПРА, а не ПРЯ.

    В Гродно было найдено еще одно «шиферное пряслице с процарапанными знаками, некоторые из которых носят явно буквенный характер» [9, с. 44], однако помимо изображения самой надписи [9, с. 43, рис. 16-4], рис. 8-1, о пряслице нет более никаких данных, а общий вид пряслица и место нанесения на нем надписи отсутствуют:

    Пряслица из Белоруссии
    Рис. 8. Пряслица из Белоруссии

    На наш взгляд, надпись в одну строку выполнена смешанным письмом. Поскольку мы не обнаружили попыток ее дешифровки, нам пришлось прочитать ее впервые. Начинается надпись первым слогом, выполненным кириллицей, где читается МА. Затем следует лигатура из слоговых знаков ЛА и НЪ, а затем Ю и НО, что дает слово МАЛАНЪЮНО. Но мы уже видели, что слоговые знаки Я и Ю могут использоваться в значении разделительного Й, так что написано слово МАЛАНЪИНО или МАЛАНЪИНЪ (в слоговом письме НО и НЪ обозначаются одним знаком). Затем следует лигатура из слоговых знаков, которая может быть прочитана как ЛЕНЪ. Возможно, что ЛЕНЪ есть неумелое написание имя ЕЛЕНЫ в уменьшительно-ласкательном виде как ЛЕНЫ. Однако это предположение следует отбросить, так как имя владелицы пряслица уже обозначено: это МАЛАНЬЯ. Следовательно, ЛЕНЪ есть конечный фрагмент слова ПРАСЛЕНЪ, которое и должно следовать за обозначением имени хозяйки. Тогда появляется мысль о том, что начальное написание слова, ПРАС, было помещено где-то в другом месте, скажем, на верхней строке. Однако Н.Н. Воронин, весьма скрупулезный исследователь, не нашел каких-то иных знаков на пряслице. Следовательно, надпись ПРАС должна содержаться в уже имеющемся тексте. Единственной кандидатурой на такую роль является лигатура НЪИ в слове МАЛАНЪИН; и действительно, как видно из рис. 8-3, из нее можно вычленить и ПЪ, и РА (если немного приблизить правую мачту НЪ к левой). А знак СЬ можно выделить из лигатуры ЛЕ и НЪ (учитывая кривизну правой мачты знака ЛЕ и предполагая зеркальность СЬ). Таким образом, получается стандартная владельческая надпись, МАЛАНЬИНЪ ПЪРАСЬЛЕНЪ, рис. 19. Обращает на себя внимание твердое окончание НЪ в двух словах, вместо ожидаемого там же НЬ. Это, как нам кажется, отражение белорусского произношения. Данная надпись прочитана нами впервые.

    Другое пряслице из розового шифера найдено в 1957 г. при раскопках детинца древнего Друцка; Л.В. Алексеев читает на нем слово НИКА, рис. 8-2, замечая при этом, что смысл его «может быть понят лишь в том случае, если мысленно дополнить штрихи, которые не вышли у пишущего. Он, вероятно, имел в виду начертать широко распространенное в древней Руси греческое слово НИКА, означавшее тогда победу православия над язычеством. Этот девиз православной религии того времени писался на многих предметах – чаще всего на связанных с христианским культом» [13, с. 243-244]. Вполне соглашаясь с этим эпиграфистом по последнему поводу, мы, однако, не можем причислить пряслице к предметам религиозного культа, а потому крайне удивлены помещению простой пряхой имени богини Ники на предмет домашнего ремесла. На наш взгляд, предложенное домысливание линий на пряслице приводит к тому, что желаемое выдается за действительное; как мы уже убедились, самым распространенным словом на подписных пряслицах является название самого предмета, ПРЯСЛЕНЬ. Очевидно, оно здесь и написано, на что указывает второй знак, имеющий как кирилловское чтение И, так и слоговое чтение РА. Тогда первый знак должен быть ПЪ; и действительно, его можно узреть, хотя и с сильно наклоненной крышей и в очень приплюснутом виде. Это сокращение по вертикали образовалось за счет помещения над ПЪ трех штрихов, образующих в слоговом письме порядковую цифру ТРЕТИЙ. Предпоследний знак является лигатурой, где отчетливо просматривается знак ЛЕ; последний знак надписи можно, хотя и с трудом, принять за очень небрежно написанную букву N. Образуется слово ПРА—ЛЕН, где отсутствует только слог СЬ. Этот слог можно заподозрить в предпоследнем знаке, обладающем некоторой кривизной, так что перед нами не просто ЛЕ, а лигатура СЬ-ЛЕ. Поскольку знаков, обозначающих смягчение конечного звука Н не видно, мы даем окончательную транскрипцию этого слова как III ПЪРАСЬЛЕНЪ, т.е. ТРЕТИЙ ПРЯСЛЕНЬ, рис. 8-3. Это чтение дано впервые.

    Обычно у крестьянки было единственное пряслице, подаренное ей во девичестве. Реже жених при сватовстве дарил ей второе. Третье пряслице было большой редкостью, оно могло достаться при смерти бабушки или свекрови.

    Еще одно пряслице ХI-XIII в. было найдено при раскопках Минска [14, с. 249, рис. 49], рис. 9-1:

    Пряслица из Белоруссии
    Рис. 9. Пряслица из Белоруссии

    Для его чтения изображение следует перевернуть. Тогда будет ясно, что почти все знаки надписи – слоговые. Достаточно просто читаются два первых, КЪ и ЛА; у третьего, ВЪ, одна из линий оказывается под строкой. Далее можно выделить две параллельных линии, ДЕ; наконец, видна мачта с двумя большими горизонтальными линиями, НИ. Получается слово КЪЛАВЪДЕНИ, рис. 9-3.

    Намного хуже читается основное слово, оно скорее угадывается. Первый знак больше напоминает ЛЕ, чем ПЪ; второй знак очень мелкий, но зато весьма правильный, это РА; третий вычленяется из лигатуры как СЬ. Остальные знаки приходится вычленять с поворотами: так, из предпоследнего знака помимо СЬ вычленяется ЛЕ, но для этого знак надо перевернуть на 180°; а оставшуюся прямую мачту соединить с положенным на бок последним знаком, предварительно выпрямив его, и тогда получится лигатуру двух кирилловских букв, НЕ. Так читается слово ПЪРАСЬЛЕНЕ, рис. 9-3. Наше чтение является первым.

    Еще одно пряслице ХII-XIII в. было найдено в Друцке [15, с. 233, рис. 67], рис.9-2. Л.В. Алексеев читает на нем КЪНЖИНЪ, с чем вполне можно согласиться. Отметим, что кроме чисто кирилловского характера надписи, к числу особенностей надписи относится то, что на ней отсутствует поясняемое слово, а именно ПРАСЛЕН.

    Докирилловские белорусские памятники. Было бы интересно рассмотреть подписные пряслица, относящиеся к более раннему времени. Такая возможность имеется, поскольку на территории Белоруссии были найдены подписные пряслица так называемой культуры штрихованной керамики (VII в. до н.э.-V в. н.э.) [16; 17], распространенные на территории нынешней Литвы и Белоруссии. По мнению ряда археологов, племена этой культуры, балтской по происхождению, могли либо соприкасаться со славянской культурой, либо включать в себя славян на периферии своего ареала, по крайней мере в поздний период. Так, в городище Лабенщина было найдено пряслице, содержащее с точки зрения эпиграфиста М.Л. Серякова, буквы И, И, Ч [18, с. 78], рис. 10-1:

    Пряслица культуры штрихованной керамики
    Рис. 10. Пряслица культуры штрихованной керамики

    Вид знаков на пряслице действительно напоминает кирилловские буквы, однако буквам И, И, Ч взяться неоткуда. Действительно, буква И появилась как развитие греческой буквы ЭТА, Н, у которой поперечная черта оставалась горизонтальной вплоть до ХIV века [19, с. 55], а буква Ч вообще отсутствует в греческом алфавите и имеет чашевидную форму тоже вплоть до ХIV века [19, с. 63]. Поэтому таких начертаний за тысячу лет до их появления просто быть не могло. Кроме того, слово ИИЧ для русского уха ничего не значит. Так что ни о каком выявлении ранней кириллицы Серяковым говорить не приходится.

    Между тем, приглядевшись к знакам, легко видеть в первом знак ПЪ, но рукописный; во втором – знак РА, в третьем – лигатуру СЬ и ЛЕ, тогда как четвертый знак у обломанного пряслица отсутствует. Несложно догадаться, что отсутствует конечный слоговой знак НЪ, который мы на нашем чтении, рис. 10-4, показали пунктиром. Однако похожее начертание имеется у другого пряслица – с городища Збаровичи, [18, с. с. 78, рис. 22.3], рис. 10-2. Здесь, напротив, не хватает первого знака, который мы тоже восстанавливаем; зато мы видим последний знак, и разумеется, это НЪ. Первый знак, ПЪ, мы тоже даем пунктиром, рис. 10-4. Тем самым два обломанных пряслица дополняют друг друга, так что можно прочитать текст: ПЪРАСЬЛЕНЪ. Наличие разделительных двойных черт между слонами нисколько не мешает его чтению.

    Третий образец надписей, на которых М.Л. Серяков увидел букву А, помещен на пряслице с городища Малышки, рис. 10-3; на наш взгляд оно перевернуто. Если его разместить правильно, можно будет прочитать достаточно пространный слоговой текст, нанесенный в две строки. На верхней строке читается надпись ПЪРАСЬЛЕНЪ, на нижней –НА ДЬВОИМА (двойственное число от ДЬВОЕ)., то есть ПРЯСЛИЦЕ НА ДВОИХ, рис. 10-4.

    Наконец, на еще одном пряслице с городища Лабенщина, М.Л. Серяков нашел «непонятные знаки» [18, с. 80, рис. 22.11], рис. 11-1.

    Пряслице культуры штрихованной керамики
    Рис. 11. Пряслице культуры штрихованной керамики

    На наш взгляд, знаки здесь мало чем отличаются от знаков на предыдущих пряслицах, разве что в первом знаке надписи осуществлена лигатура ПЪ и РА, а в последнем – ЛЕ и НЪ. Однако в результате получается все то же слово ПРАСЬЛЕНЪ, рис. 11-2. Все предложенные нами чтения даны впервые.

    Памятники из Белоозера

    Из 667 найденных здесь пряслиц 86 оказалось подписных, но интерес представляют лишь несколько, например, пряслице № 3 (из группы с буквенными знаками) ХII в. и № 9 (из группы с геометрическими знаками) ХIII в., [20, с. 21 рис. 4-3 и с. 19, рис. 2-9], рис. 12-1 и 12-2:

    Пряслица из Белоозера
    Рис. 12. Пряслица из Белоозера

    На пряслице № 3, рис. 12-1, сначала находится лигатура, которую можно разложить на слово ПЪРАСЬЛЕНЬ; при этом особенностью орфографии здесь является начертание слогового знака СИ вместе СЕ в значении СЬ. Затем изображены два слоговых знака отдельно, из которых можно сложить слово ДАРЪ. Очевидно, данное пряслице было подарено, и надпись сделал даритель, а не одаряемая, ибо лигатура продумана, а слово ДАРЪ написано очень разборчиво и красиво. Если бы писала одаренная, она бы написала что-то вроде ПОДАРЕННЫЙ. Весь текст читается как ПРАСЬЛЕНЬ, ДАРЪ, рис. 12-3.

    На пряслице № 9, рис. 12-2, надпись сделана в две строки; на второй строке нанесены, на наш взгляд, две параллельные линии с поперечным штрихом вверху. Первый знак представляет собой лигатуру, которая разлагается на слоговые знаки, образующие слово ПЪРАСЬЛЕНЯ; из двух других слагается слово ЛИДИНЯ, рис. 12-3. Поскольку написано не слово ПЪРАСЬЛЕНЬ (ед. число), и не слово ПЪРАСЬЛЕНИ (мн. число), а ПЪРАСЬЛЕНЯ, то речь идет, очевидно, о двойственном числе. Поэтому перевод будет: ДВА ПРЯСЛИЦА ЛИДЫ. Как видим, здесь присутствует обычный знак СЕ для передачи СЬ.

    Можно рассмотреть еще четыре пряслица. Первое из них, ХI в., было отнесено к группе памятников с крестовидными знаками [20, с. 20, рис. 3-2], рис. 13-1:

    Пряслица из Белоозера
    Рис. 13. Пряслица из Белоозера

    На наш взгляд, тут написано слово РУСЬ (оно нам уже неоднократно встречалось именно в таком обратном расположении знаков; в Белоозере жили различные этносы, и потому русские метили свои вещи словом РУСЬ для отличия от вещей соседей). Далее следует два креста и вертикальная палочка с перекладиной, которую можно прочитать как ТЕТИНЪ (слово ПРЯСЛЕНЬ здесь подразумевается).

    На следующем памятнике ХII в. с двумя крестами [20, с. 19, рис. 2-2], рис. 13-2 тоже можно прочитать слово ТЕТИНЪ; второй крест со значением ТИ изображен помельче, а последний слог отнесен на конец. Между ТИ и НЪ вставлено два сложных знака. Первый из них, на наш взгляд, является прекрасным образцом слогового курсива, которая встречается крайне редко; все слоговые знаки здесь написаны слитно друг с другом, как и положено рукописным почеркам. Лигатура представляет собой три зигзага, перечеркнутых вертикальной палочкой в нужном месте; это палочка служит правой мачтой первого знака ПЪ, левой мачтой следующего знака РА и центральной мачтой знака СИ (с чтением СЬ); последний зигзаг образует слог ЛЕ. Получается слово ПЪРАСЬЛЕ. Завершением его, на наш взгляд, является второй знак, который вообще говоря, можно прочитать как ВОТЪ или ТЪВОЙ (правее есть маленький вертикальный значок), но одновременно средний крест может быть понят и как завершающий знак НЪ.

    Вполне возможно, что сначала это был ТЕТИНЪ ПРЯСЬЛЕ(НЪ), но затем тетя подарила его племяннице, сделав надпись ТЪВОЙ. Тогда же слово ПЪРЯСЛЕ обрело окончание, рис. 13-5.

    Третий памятник ХII века [20, с. 20, рис. 3-8], содержит всего три знака, рис. 13-3, слагающиеся в слово ТАТИЯ, рис. 13-5; легко догадаться, что отсутствуют знаки НИНЪ и подразумевается слово ПЪРЯСЛЕНЬ.

    На четвертом памятнике XII в. [20, с. 19, рис. 2-4], рис. 13-4, надпись нанесена в две строки. Мы начинаем чтение с двух параллельных наклонных линий, которые вместе с соседней «галочкой» читаются как ДЬВА. Затем продолжаем чтение с начала нижней строки, читая две буквы, ТА, а затем разлагая лигатуру на слоговые знаки ТЬ, Я, НИ и НА, рис. 13-5. Вероятно, что верхние знаки должны отображать слово ПЪРЯСЛЕНЬ, однако можно лишь весьма предположительно отождествить первый знак с ПЪ, а второй с РЯ. Тем самым, общий вид надписи будет ДЬВА ТАТЬЯНИНА ПЪРЯ(СЬЛЕН).

    До нас эти памятники никто не читал, так что предложенные нами чтения даны впервые.

    Памятник из Пскова

    Шиферное пряслице с процарапанным рисунком и надписями было обнаружено в Пскове в слоях ХI-XII в. [21, с. 22], рис. 14-1:

    Пряслице из Пскова
    Рис. 14. Пряслице из Пскова

    На пряслице изображен рисунок, причем рисунок детский. Слева хозяйка наблюдает за прядением, справа пряха в правой руке держит, видимо, кудель на прялке и сучит нитку. В отличие от современных представлений обе женщины стоят, так что в те времени, видимо, пряли стоя. Возможно, что в качестве пряхи автор надписи изобразила себя.

    Дешифровка памятника весьма сложна, хотя на строчке расположено всего две лигатуры. Первая лигатура содержит то ли три, то ли два знака, первый из которых в виде трезубца острием вверх должен читаться как СИ, а второй с очень близкими мачтами, как ЛО/ЛА. Третий знак есть ЖЕ/ЖИ. Однако допустима и иная версия: если рисунок выполнен ребенком, то и надпись, вероятно, сделана тоже им, а в таком случае возможны искажения положения знаков. Так, если предположить, что первый знак перевернут, а второй знак есть просто двойное прочерчивание мачты первого знака, то вместо СИЛА мы получим СА; оставшийся знак изображен вертикально вместо горизонтального нормального положения, когда он должен был быть прочтен как ШЕ. Таким образом, по нашей версии первая лигатура разлагается на знаки СА и ШИ, рис. 14-2. Вторая лигатура намного сложнее, и первое, на что падает взгляд, это знак НА/НЪ, чем завершается первое слово, САШИНЪ.

    Второе слово нетрудно предположить, ибо это будет слово ПРЯСЛЕНЬ в том или ином начертании. Слоговой знак ПЪ вычленить можно из центра лигатуры, но он оказывается и наклоненным, и опрокинутым одновременно. Далее, возможно вычленить знак РА, а затем и СЬ, ЛЕ и букву N, что образует слово ПЪРАСЬЛЕНЪ, как показано на рис. 14-2. Окончательное чтение, которое мы приводим впервые, это САШИНЪ ПЪРАСЬЛЕНЪ.

    Неопубликованные памятники

    Надписей на неопубликованных памятниках со словом ПРЯСЛЕНЬ у нас оказалось два. Прорись первого из них нам любезно предоставила эпиграфист Е.А. Мельникова; в Новгородском музее это пряслице числится найденным в Козьмодемьянском раскопе, в квадрате А 41-III; его низ обломан, рис. 15-1:

    Пряслица из Новгорода и Смоленска
    Рис. 15. Пряслица из Новгорода и Смоленска

    Чтение начнем со второго знака, который читается как слог КА; косой крест в данном случае мы понимаем как лигатуру прямого креста со значением ТИ и слога НЬ. Две параллельные черты, уходящие под обрез верхней кромки мы принимаем за слог ПЪ, далее следует разорванный по диагонали слог РА, диагональ его же образует слог СЬ; далее идет маленький слоговой знак ЛЕ и завершается все буквой N в смысле Н и буквой Ь, входящей в слоговой знак КА. В результате получается надпись КАТИНЬ ПЪРАСЬЛЕНЬ, рис. 15-3.

    Другое пряслице розового шифера было нам отдано на исследование 03.03. 1997 года студентом московской Академии труда и социальных отношений Деверилиным Алексеем Юрьевичем, который нашел его вблизи от раскопов проф. Д.А. Авдусина в Смоленске в слое ХII-XIII в. после окончания раскопок. На пряслице на первый взгляд читается надпись ГАНИМИРА с латинским R, рис. 15-2, что весьма странно. Имя ГАНИМИРА неизвестно, к тому же обычно на пряслицах имена стоят в притяжательных формах. На наш взгляд, перед нами опять смешанная надпись, где «буква М» на самом деле является лигатурой знаков ПЪ и РА слогового письма. Далее следует знак в виде буквы N, которую пока читать не будем. Якобы латинская R представляет собой лигатуру из зеркального слогового знака СЬ и буквы Ь; далее следует ЛЕ, а перед этими двумя знаками находится кирилловская буква N. Такое странное расположение знаков объясняется, видимо, тем, что автор надписи сначала написал ГАНИ ПРАСЛЕ, (где РА и СЬ зеркальны), а потом спохватился и дописал два окончания НЬ и НЬ; но первое НЬ наехало на П и дало лигатуру в виде буквы М, а второе НЬ совпало с зеркальным знаком СЬ. Так что никакой латинской буквы R в данном тексте нет, а имеется обычная владельческая надпись ГАНИНЬ ПЪРАСЬЛЕНЬ, рис. 15-3. Оба чтения даны впервые.

    Киевские памятники

    Шиферное пряслице Х века найдено на Старокиевской горе [22, с. 247], рис. 16-1:

    Киевское пряслице
    Рис. 16. Киевское пряслице

    На этом памятнике изображено круглое лицо в качестве, видимо, портрета владелицы пряслица, девочки; что же касается надписи, то хотя она кажется слоговой, она выполнена чисто кирилловскими буквами, но очень своеобразно. Для чтения надпись необходимо опрокинуть, рис. 16-2. Первые три буквы образуют лигатуру, где правая мачта П оказывается левой мачтой Р, а низ петельки Р оказывается левой наклонной мачтой . Буква С начертана в две штриха, буква Л оказалась под строкой, буква Е – на строке, но в лежачем положении, буква N– над строкой, а следующий за ней Ь, который обычно изображается треугольником – в виде наклонной палочки, которая в сочетании с правой мачтой N образует нечто, напоминающее треугольник.. Таким образом, надпись читается ПРСЛЕНЬ, рис. 16-3.

    Другое пряслице имеет длительную историю изучения. Оно было найдено в 1885 г. в усадьбе Есикорского в Киеве и опубликовано Н.П. Кондаковым в 1896 г. [23, с. 127, рис. 82], рис. 17-1:

    Киевское пряслице
    Рис. 17. Киевское пряслице

    Н.П. Кондаков читал надпись на нем ТВОРИ Нh ПР(ЛО, А ПО)СЛЬНЬ, что непонятно. Н. Порфиридов читал этот текст как ТВОРИ Нh ПРМО [24, с. 35]; Б.А. Рыбаков читал ПОТВОРИНЪ ПРСЛЬНЬ [25, с. 298]; Ф.П. Филин – ПОТВОРИНh ПРСЛЬНЬ [26, с. 424]. В последнем случае обосновано имя владелицы: если бы это была ПОТВОРА, то притяжательное прилагательное было бы ПОТВОРИНЪ, а если она ПОТВОРИНЯ, то дательный падеж будет ПОТВОРИНh, тогда как родительный будет ПОТВОРИНИ. На наш взгляд, однако, форма ПОТВОРИН является просто ошибкой автора надписи, который должен был написать ПОТВОРИНЬ. Ф.П. Филин полагает, что ПОТВОРИНЯ – это ЧАРОДЕЙКА, УМЕЛИЦА. Это необычное слово, скорее всего, и явилось причиной того, что надпись, которую мы смело можем назвать одной из редчайших по красоте и ясности, породила такое количество разночтений.

    Памятник из Путивля

    В окрестностях Путивля, в селе Николаевка, было найдено пряслице XII-XIII века [27, с. 245, рис. 3-13], рис. 18-1:

    Пряслице из Путивля
    Рис. 18. Пряслице из Путивля

    На наш взгляд, чтение начинается с правой половины пряслица, которое надо повернуть против часовой стрелки на 90°. Тогда будет виден слог ПЪ; второй слоговой знак, к сожалению, остался на сколотой части; третий знак является знаком СЬ, который прежде играл роль крыши у ПЪ. Далее читаются знаки первой половины, ЛЕ и соединенный с ним в лигатуру НЬ. Образуется слово ПЪ(РЯ)СЬЛЕНЬ, рис. 18-2.

    Болгарские памятники

    Из немногочисленных пряслиц из других стран привлекает внимание глиняное пряслице, найденное в болгарском селе Гарвен в слое VI-IХ в. [28, с. 43, рис. 40], рис. 19-1:

    Пряслице из села Гарвен
    Рис. 19. Пряслице из села Гарвен

    На нем можно заметить знаки, которые, как нам кажется, будучи дополненными, дают текст II (ВТОРОЙ) ПЪРЯСЬЛЕНЬ, рис. 19-2. Этот памятник интересен в нескольких отношениях: он показывает слоговое письмо за пределами Руси, пряслице здесь глиняное, как в культурах штрихованной керамики, и время здесь – до деятельности Кирилла и Мефодия. Чтение тоже дано впервые.

    Известен также болгарский памятник, найденный в 1928 г. в г. Преславе в слое Х века, ЛОЛИН ПРСЛЕНЪ, [29]. К сожалению, его вид мы воспроизвести не можем.

    Польский памятник

    В 1951 г. польский археолог Зоя Шафраньска опубликовала изображение глиняного пряслица VI-IX вв., найденного в Фольштыне, повяте Пилы [30, с. 184, рис. 6 а], рис. 19-1:

    Пряслице из Польши
    Рис. 20. Пряслице из Польши

    На наш взгляд, надпись начинается с самого крупного знака СА, и часть его переходит через круглое отверстие на противоположную сторону. Затем идет знак НЪ, затем ДИ и кончается знаком НИ, который можно понимать как НЬ. Второе слово написано на обратной стороне пряслица, при этом первый знак ПЪ выписан очень хорошо. Хуже читается знак РА в виде И; он написан очень небрежно. Небрежно и в обратную сторону начертан знак СЬ. Знак ЛЕ разорван проходящими через него двумя вертикальными линиями. Наконец, в стороне от строки изображен знак НЪ, рис. 20-2. Тем самым вся надпись читается нами впервые как САНЪДИНЬ ПРАСЬЛЕНЪ. Слово САНДА – видимо, женское имя, сокращенное от САНДОМИРА. Кроме того, на пряслице есть еще два знака приписки – слог ДЕ и рукописная буква Т, что означает ДЕТ, т.е. ДЕТ(СКИЙ).

    Чисто кирилловские памятники

    Рассмотренные памятники чисто слогового письма, а также смешанные было бы интересно сопоставить с чисто кирилловскими памятниками. Такая возможность есть. Первый из них относится к Рюрикову городищу под Новгородом; найдено в 1928 г. И. Горским [24, с. 34, рис. 2], рис.21-1 :

    Пряслица с кирилловскими надписями
    Рис. 21. Пряслица с кирилловскими надписями

    Н. Порфиридов читает на нем  МАРТИН. На наш взгляд, следует прочитать МАРТИН, имея в виду не один (тогда было бы МАРТИНЬ), и не три или больше (тогда было бы МАРТИНИ), а два пряслица МАРТЫ, т.е. МАРТИН (ПРСЛЕН). Слово ПРСЛЕНЬ здесь подразумевается.

    Второй памятник найден в Витебске в слоях ХI-ХII в. [9, с. 130, рис. 49-4], рис. 21-2. На нем четко читается БАБИНО ПРСЛЬНЕ и, кроме того, сделана добавка похожая на кирилловскую букву Е, которая при ближайшем рассмотрении оказывается слоговым тестом, читаемом как ДИТЯ, рис. 21-4.

    Третий памятник найден также в Витебске в слое ХIII в. в Верхнем Замке [31, с. 84, рис. 2-5], рис. 21-3. На нем написано МАРИНО (вероятно, МАРЬИНЪ) и ЛС. К сожалению, пряслице не прорисовано со стороны надписи ЛС, так что наверняка утверждать трудно, но можно допустить, что это ЛС является слоговым фрагментом (в зеркальном расположении) знакомого слова ПРСЛЬНЕ.

    Два последних памятника мы относим к чисто кирилловским потому, что в первом из них слово ДИТЯ является добавочным текстом (и, вероятно, первым; лишь позже к нему добавили прекрасно прописанный, будто напечатанный текст, строго размещенный по окружности – на наш взгляд, это пример самого «богатого» пряслица, какое только можно себе представить), а во втором мы свое предположение обосновать не можем за неимением рисунка.

    Пряслица с чисто кирилловской надписью
    Рис. 22. Пряслица с чисто кирилловской надписью

    Известен также памятник из Теребовля Х-ХII века со странной надписью РОМАДИНЪ [13, с. 243, рис. 1], рис. 22-1, где первый знак больше похож на П, чем на Р, и к тому же имя РОМАДА в качестве русского женского неизвестно. Слово ПОМАДА можно было бы допустить в качестве прозвища для женщины, злоупотребляющей косметикой. Так что мы тут читаем надпись как ПОМАДИНЪ (ПРСЛЕНЬ), рис. 22-3. Однако, можно допустить, что название произведено от прозвища РОМАДА, легшего в основу такой, например, фамилии, как РОМОДАНОВСКИЙ.

    Единственный чисто кирилловский памятник ХI-ХII в. опубликовала Л.А. Голубева по результатам исследования в Белоозере [20, с.18], рис. 22-2. Надпись она читала НАМАЛЕ, что непонятно. «По содержанию она может представлять собой женское имя НАМАЛА в дательном падеже. Такое чтение предложили А.А. Медынцева» [20, с. 17]. На наш взгляд, поскольку имя НАМАЛА в качестве женского неизвестно, есть смысл переставить одну букву, и тогда имя будет соответствовать и известному, и канону написания на пряслице. А именно: читать АМАЛЕН. В таком случае речь пойдет об известном женском имени АМАЛИИ (или, в сокращении, АМАЛИ), но вместо правильного написания АМАЛИН здесь допущена ошибка. Кроме того, в круговой надписи на пряслице интервал между Е и Н оказался слишком велик, что и ввело эпиграфистов в заблуждение. Слово ПРАСЛЕНЬ здесь подразумевается, рис. 22-3.

    Как видим, чисто кирилловские надписи ничем по характеру не отличаются от чисто слоговых или смешанных, имея одну и ту же форму: сначала следует притяжательное прилагательное от имени владелицы (или от ее прозвища, профессии, указателя родства), затем слово ПРЯСЛЕНЬ в том или ином орфографическом оформлении. Добавление этих памятников расширяет ареал наших исследований, которые теперь включают в себя и южные написания.

    Пряслице черняховского времени

    Надписей черняховской культуры весьма мало, и каждый прочитанный текст помогает нам глубже понять их этническую принадлежность. Ряд археологов считает надписи готскми, из-за того, что их знаки напоминают готские руны; однако другие исследователи считают их славянскими. Очень долго не поддавалась прочтению ни на основе готских рун, ни на основе славянского слогового письма надпись на пряслице II-IV вв. из Лепесовки, опубликованная М.А. Тихановой [1, с. 265, рис. 73], рис. 1-1 из-за необычно округлого очертания знаков:

    Пряслице из Лепесовки и наше чтение надписи
    Рис. 23. Пряслице из Лепесовки и наше чтение надписи

    Мы предлагаем такое чтение, рис. 23-2. От знака, напоминающего зеркальную букву Э читать влево, а от лежащего выше него знака Р читать вправо. Тогда мы получим: слева СЬВОКЪРИНЬ, справа РУНОВЪ ПЪРЯСЛЕНЬ, причем знак НЬ оказывается общим и для слова СЬВОКЪРИНЬ и для слова ПЪРЯСЬЛЕНЬ. Эти слова понятны: СВЁКРИН РУНОВ ПРЯСЛЕНЬ, то есть ПРЯСЛИЦЕ СВЁКРА С РУНАМИ (НАДПИСЬЮ). Поскольку свекор прядением не занимался, ибо оно было женским делом, надпись означает, что пряслице было подарено свекром. Поэтому мелким шрифтом, как примечание на знаке Н, было дано разъяснение: СЬВОЙ ЖЕ. Это значит, что пряха спохватилась: предмет принадлежал ей, а не свекру.

    Анализ полученных результатов

    Итак, мы рассмотрели в общей сложности 41 надпись на пряслицах, охватив период от IV до XIII в. При этом, несмотря на многие различия, выявилась стандартная формула надписи: притяжательное ПРИЛАГАТЕЛЬНОЕ (от имени, прозвища, профессии, наименования родства) + слово ПРЯСЛЕНЬ в том или ином написании. При этом один из этих элементов может отсутствовать.

    Слово ПРЯСЛЕНЬ во всех надписях имеет колебания в мягкости своих согласных. Неколебим только первый звук П, который никогда не имеет смягчения как в кирилловском написании, так и в слоговом (всегда стоит знак ПЪ, и ни разу не встретился знак ПЕ или ПИ в значении ПЬ). Что же касается второго согласного, Р, то слог РЯ имеет троякое начертание: как слоговой знак Ь со смыслом РЯ или эквивалентный ему слог Р (с ЮСОМ МАЛЫМ); как очень палатальный РЯ (мы это обозначали как РИЯ) и, напротив, как РА. Первое начертание встречалось в Болгарии (Преслав и с. Гарвен), в Киеве, в Новгороде. Второе начертание конкурировало с первым в Старой Рязани и Суздале. Третье начертание со времен культуры штрихованной керамики существовало в Белоруссии, в с. Лебенщина, Малышки, Збаровичи; позже так писали пряхи Гродно, Друцка, Пинска. Но так же писали и в Польше, и на Руси в Белоозере, Смоленске и, иногда, в Новгороде.

    Слог СЪ тоже имеет колебание в написании. Обычно в кириллице это передается как С, а в слоговом письме – как СЬ. Однако в одном случае, в Белоозере, использовался слоговой знак СИ для передачи слова ПРАСЬЛЕНЬ. Есть колебания этого слога и в другую сторону, в сторону СТ, что отмечено на двух пряслицах из Суздаля и на одном пряслице из Ярославля. На наш взгляд, исходным был слог СТЬ, который постепенно превращался в сочетания звуков СТ, СЬ и, наконец, в один звук С. Так что мы поддерживаем гипотезу М.В. Седовой о том, что слово ПРСЛЕНЬ. произошло от глагола ПРСТИ. Но вначале, видимо, было образовано причастие ПРСТЬЛ, от которого и возникло существительное ПРСТЬЛЕНЬ.

    Слог ЛЕ имеет колебания в сторону его изображения с редуцированным звуком. Такое начертание ЛЬ мы встречаем на пряслице из Троицкого раскопа Новгорода, на двух пряслицах Витебска и на пряслице из Киева. А в Пинске и, возможно, в Старой Рязани (Парасин) встречается даже начертание ЛЪ. Здесь тоже можно видеть движение ЛЕ-ЛЬ-ЛЪ.

    Наконец, последний слог обычно пишется НЬ, но в ряде случаев имеет начертание НЪ. Последний случай можно отметить на пряслицах из Белоруссии, на пряслицах культуры штрихованной керамики, на одной надписи из Старой Рязани и на одной надписи из Болгарии. Интересно, что во множественном числе в этом случае пишется не ПРАСЛЕНИ, а ПРАСЛЕНЕ (КЛАВДЕНИ ПРАСЛЕНЕ, Минск).

    Из 40 пряслиц 11 не содержат притяжательного прилагательного или других поясняющих слов, а 6, напротив, не содержат существительного ПРЯСЛЕНЬ. Но 23 памятника, т.е. 58% являются вполне нормальными, содержа оба компонента. При этом среди притяжательных прилагательных идут преимущественно женские имена: Насткин, Парасин, Настасьин, Маланьин, Клавдин, Лидин, Татьянин, Сашин, Катин, Ганин, Лолин, Сандин, Мартин, Марьин, Амалин. Кроме того, отмечены степени родства: бабин, бабьин, тетин, СЬВОКРИН, а также прозвища (Помадин, Неделькин) или род занятий (Потворин). Встречается также пряслице, принадлежавшее мужчине: Княжин. Остальные поясняющие слова таковы: девичий, нищен, ее, на двоих, третий, два, дар.

    Написание притяжательных прилагательных таково: на НЬ (Неделькинь,Катинь, бабьинь– Новгород, Ганинь – Смоленск, СЬВОКЪРИНЬ – Лепесовка), на НЕ как вариант обозначения НЬ (Настокине–Новгород), на Нh как разновидность НЕ: (Потворинh– Киев). Другой вариант предполагает жесткое произношение Н – как НЪ: Маланьинъ (Гродно), тетинъ (Белоозеро), Сашинъ (Псков), Помадинъ (Теребовль), Парасин (Старая Рязань), Лолин (Преслав), САНДИН (Польша) или ЕН: Амален (Белоозеро). Заменяет НЪ и написание НО: Настасьино (Пинск), НАСТАСИНО (Гродно), бабино, Марино (Витебск). Есть варианты двойственного числа: ЛИДИНЯ (Белоозеро), МАРТИН (Рюриково городище), ДВА ТАТЬЯНИНА (Белоозеро) и множественного числа: ДЕВИЧАЕ, НИЩЕНИ (Новгород), КЛАВДЕНИ (Минск). Возникает впечатление, что первоначальная форма на НЬ, присутствовавшая в Лепесовке, сохранилась в Новгороде, Смоленске и Киеве (но в Киеве уже написание путается между Ь и ЯТЬ), тогда как в остальных местах уже пишется твердый вариант.

    Все это позволяет говорить о том, что в средние века существовали диалектные варианты произношения, и что в Белоруссии, например, произносили ПРЯСЛЕНЬ как ПРАСЛЕН уже во времена поздней античности. Это – пример наибольшего удаления от исходного произношения. Напротив, наиболее архаичным с этой точки зрения являлся диалект Ростово-Суздальской и Ярославской земель.

    Рассмотрим теперь соотношение слоговых и кирилловских начертаний. Ясно, что полностью слоговыми были надписи до появления кириллицы. При этом на памятнике черняховской культуры (II-IV вв.) и культуры штрихованной керамики (наиболее поздняя дата –V в. н.э.) слоговые знаки объединяются в лигатуры, как бы тяготея к общности более высокого порядка, но между знаками ставятся разделители. Тем самым при внешней разделенности слова на 3-4 письменных знака существует внутреннее объединение знаков в лигатуры. На более поздних, VI-IX вв. памятниках из Болгарии и Польши мы видим уже отдельное написание каждого слогового знака, так что слово ПРЯСЛЕНЬ пишется в 5 знаков.

    В Х веке положение меняется. В Киеве мы видим надпись даже ребенка целиком кирилловскую, хотя и очень угловатую; следовательно, процесс смешанных написаний здесь прошел раньше, возможно, в IХ веке, или же в самом Х веке. Это совпадает с нашими данными и по исследованиям других видов надписей, где слоговые знаки на киевских памятниках встречаются в этом Х веке качестве отдельных фрагментов кирилловских надписей. Тем самым переход в столице Руси к новому написанию был весьма краткосрочным. Интересно, что более позднее ПОТВОРИНО пряслице выписано кириллицей так образцово-показательно, словно надпись выцарапывала не местная знахарка, а учительница каллиграфии. Любопытно и то, что находящийся сравнительно недалеко от Киева, в Черниговской земле Путивль, особенно села под ним, еще в ХII-XIII вв., применяли традиционное слоговое письмо. Тем самым речь идет о резких преобразованиях именно в столице Руси, а не вообще о ее южных областях.

    Иначе обстояло дело в Новгороде как культурном центре севера. Есть в этом городе и слоговые надписи с двумя последними буквами (КАТИНЬ ПРЯСЛЕНЬ); в других случаях слоговые фрагменты задерживаются вплоть до ХII-XIII вв., причем возможны написания целого слова (например, ПРЯСЛЕНЬ) в виде одной лигатуры, как бы слитой в иероглиф (НАСТКИН ПРЯСЛЕНЬ), либо в иероглиф в виде буквы с буквенным же окончанием (ДЕВИЧАЕ в виде Ф с окончанием Е); иероглифом может выглядеть и фрагмент слова (КИНЬ в слове НЕДЕЛЬКИНЬ); но слово может быть разделено и на три слоговых фрагмента (ПЪ РЯСЬЛЕ НИ). В Рюриковом городище под Новгородом уже, вероятно в ХIII в. существовала кирилловская надпись МАРТИН. Тем самым процесс перехода к кирилловскому написанию на пряслицах занял в этом городе почти 4 века (а на других предметах слоговые знаки встречаются и в XIV, и в XV веках).

    Интересно, что в Старой Рязани в XI-XII вв. сосуществовали как чисто слоговые написания (в три знака - ПЪ РЯСЬ ЛЕНЬ или ПЪ РЯ СЬЛЕНЬ), так и чисто кирилловские (ПАРАСИН ПРЯСЛЕНЬ). Отсутствие смешанных надписей показывает, что в Рязани переход на новый способ начертания проходил тоже весьма быстро, так что те, кто еще не воспринял новый способ письма, писал по старинке, а тот, кто уже овладел новой письменностью, перешел на нее целиком.

    В Суздале и в Х-ХI вв., и в XIII в. способ написания установился традиционный: начало слова изображалось кириллицей, а ЛЕ и НЬ дописывались слоговыми знаками. То же можно отметить и для Ярославля. Здесь выделялся корень слова ПРЯСТ за счет его написания новым типом письма.

    В Пскове в ХI-XII вв. надпись еще целиком традиционная, слоговая, в две лигатуры, где одна передает почти целиком первое слово (САШИНЪ), а вторая – второе (ПРЯСЛЕНЬ); правда, из-за детского начертания последний слог первого слова попал во вторую надпись.

    В Белоозере надписи вплоть до ХIII в. чисто слоговые, хотя в ХI-XII в. на одном пряслице появляется чисто кирилловская надпись (АМАЛЕН). Тем самым можно предположить, что носителем такой надписи была заезжая пряха, которая, однако, не преодолела устоявшуюся традицию. Что же касается слоговых надписей, то слово ПРЯСЛЕНЬ тяготеет к начертанию в виде единой лигатуры, тогда как притяжательные прилагательные пишутся в виде отдельных слоговых знаков.

    Белая Русь оказалась тоже весьма традиционной. Так, в Минске еще в ХI-XIII вв. сохранялось традиционное слоговое написание (КЛАВДЕНИ ПРАСЛЕНЕ), хотя два последних знака представляют собой плохо выписанные буквы; в Гродно позже две буквы были выписаны вначале (МАЛАНЬИН ПРАСЛЕН), а все остальное было написано слоговыми лигатурами и отдельными знаками; еще позже была выписана кириллицей целая христианская формула (ГИ, ПОМОЗИ РАБЕ СВОЕЙ) и указание на владелицу (ИЕ), и только слово ПРАСЛЕНЬ уместилось в два слоговых знака (второй из них – лигатура РА, СЬ и ЛЕ) и две последних буквы. В Друцке при слоговом написании слово ПРАСЛЕН заканчивается буквой, тогда как в Пинске мы видим окончательную победу в ХII в. кирилловского написания. То же самое можно сказать о Теребовле (ПОМАДИНЪ) и Витебске (БАБИНО ПРЯСЛЬНЕ) примерно того же времени; в последнем случае опять-таки надпись выполнена великолепно. Другой памятник из Верхнего Замка Витебска XIII в. тоже содержит кирилловскую надпись МАРИНО. Следовательно, здесь процесс перехода к кириллице начался где-то века с ХII и длился примерно два века.

    Выводы. Рассмотренный материал позволяет сформулировать несколько выводов об истории письменной и языковой культуры средневековой Руси.

    1. Существует очень древняя традиция подписывать грузик, надеваемый на веретено, пряслице, владельческой надписью, которая в простейшем виде состоит из слова ПРЯСЛЕНЬ (в различном фонетическом и шрифтовом исполнении), а в более пространном виде содержит притяжательное прилагательное с именем или родственным положением хозяйки, напр. КАТИНЬ ПРЯСЛЕНЬ.
    2. Первоначально, т.е. до введения кириллицы и до изготовления пряслиц из шифера на глине процарапывались слоговые знаки. Эти слоговые знаки часто объединялись в лигатуры от двух слогов до целого слова.
    3. Позже, но в разных местах в разное время место слоговой письменности заняла кириллица, причем вначале шла замена притяжательного прилагательного, и только позже – слова ПРЯСЛЕНЬ.
    4. Процесс вытеснения слоговой письменности кириллицей занимал в разных местностях разный период: в крупных городах он мог занять менее века, тогда как на Севере Руси и особенно в деревнях он мог занять от 4 до 6 веков.
    5. Там, где процесс замены письменности длился веками, встречаются смешанные надписи, на которых часть слова, обычно первый или последний слог выполнялись буквами, а остальное – слоговыми знаками. На наш взгляд, существование смешанных надписей является самым сильным аргументом в пользу славянского происхождения слоговых знаков.
    6. Наиболее архаичное написание не совпадает с наиболее архаичным произношением. Так, в Суздале и Ярославле еще в ХIII в. существовало самое древнее произношение ПРЯСТЛЕНЬ при почти полном кирилловском написании; напротив, в Белоозере в то же время существовало почти полностью слоговое написание при далеко ушедшем от первоначального произношении.
    7. Проведенное исследование показывает, что введение кириллицы не только не явилось первым созданием письменности на Руси и в других славянских странах, уже имевших длительные традиции слогового письма (о чем догадывались многие слависты), но вообще не было принято повсеместно в те же сроки, за которые оно было усвоено в Киеве. Иными словами, даже спустя три века слоговое письмо все еще сосуществовало с кириллицей в ряде русских городов. А в таких городах, например, как Белоозеро, кириллица появилась вообще только в ХIII в., но и тогда уступала слоговым надписям. Тем самым, мнение о введении кириллицы в качестве русской письменности в Х веке оказывается справедливым, но в очень узком ареале – в стольном городе Киеве. Для значительно большего числа других городов этот вывод оказывается неверным.

    Литература

    1. Янин В.Л., Зализняк А.А. Новгородские грамоты на бересте. Из раскопок 1984-1989 гг. м., 1993
    2. Янин В.Л., Гайдуков П.Г., Рыбина Е.А., Сорокин А.Н., Хорошев А.С. Новгородская экспедиция // Археологические открытия 1986 г. М., 1988
    3. Седова М.В. Эпиграфические находки из Суздаля // Краткие сообщения института археологии, вып. 190, М., 1987
    4. Седова М.В. Суздаль в Х-ХV веках. М., 1997
    5. Воронин Н.Н. Раскопки в Ярославле // Материалы и исследования по археологии, № 1. М.-Л., 1949
    6. Монгайт А.Л. Рязанская Земля. М., 1961
    7. Даркевич В.П., Борисевич Г.В. Древняя столица Рязанской земли, ХI-XIII вв. М., 1995
    8. DurczewskiZd.StaryzamekwGrodniewswietewykopalisk, dokonanychwlatach 1937-1938 (оттиск из «Niemna» за 1939, № 1)
    9. Воронин Н.Н. Древнее Гродно (по материалам археологических раскопок 1939-1949 гг). М., 1954
    10. Алексеев Л.В. Три пряслица с надписями из Белоруссии // Краткие сообщения института истории материальной культуры, вып. 57, М., 1955
    11. Янин В.Л. К чтению надписи на пряслице из Гродно // Советская археология, 1958, №1
    12. Лысенко П.Ф. Шиферное пряслице с надписью из Пинска // Советская археология, 1966, № 3
    13. Алексеев Л.В. Еще три шиферных пряслица с надписями // Советская археология, 1959, № 2
    14. Тарасенко В.Р. Древний Минск (по письменным источникам и данным археологических раскопок 1945-1951 гг.) // Материалы по археологии БССР, т. 1. Минск, 1957
    15. Алексеев Л.В. Полоцкая земля. М., 1966
    16. Митрофанов А.Г. Железный век средней Белоруссии. Минск, 1978
    17. Гуревич Ф.Д. Древности Белорусского Понеманья. М.-Л, 1962
    18. Серяков М.Л. Русская дохристианская письменность. СПб, 1997
    19. Шляпкин И.А. Русская палеография. СПб, 1913
    20. Голубева Л.А. Граффити и знаки пряслиц из Белоозера // Культура средневековой Руси. Л., 1974
    21. Лабутина И.К. Раскопки в Пскове // Археологические открытия 1974 г. М., 1975
    22. Толочко П.П. Килневич С.Р. Раскопки на Старокиевской горе // Археологические открытия 1966 г. М., 1967
    23. Кондаков Н. Русские клады. Исследования древностей великокняжеского периода, т. I. СПб, 1896
    24. Порфиридов Н. Заметки о двух археологических памятниках Новгородского музея // Новгородский государственный музей. Материалы и исследования. Вып. 1. Новгород, 1930
    25. Рыбаков Б.А. Язычество древней Руси. М., 1988
    26. Филин Ф.П. ПОТВОРИНh ПРСЛЬНЬ //Древняя Русь и славяне. М., 1978
    27. Моргунов Ю.Ю. Летописный Папаш // Советская археология, 1985, № 1
    28. Въжарова Живка. Средновековето селение с. Гарвен, Силистренски окръг, VI-IХ в. София, 1986
    29. Български проглед, кн. 1, 1929. Цит. по: Сперанский М.Н. Из славянской эпиграфики // Доклады АН СССР, 1930, № 3
    30. Szafran'skaZoja. Ornamentynaprze;s'likachwczesnos'rwdniowiecznychzziemPolskich // Slaviaantiqua, t. I. Poznan', 1948
    31. Ткачев М.А., Колединский Л.В., Бубенко Т.С. Средневековый Витебск // Труды Пятого Международного конгресса славянской археологии. Киев, 18-25 сентября 1985 года. М., 1987
    32. Тиханова М.А. // Мельникова Е.А. Скандинавские рунические надписи. Тексты, перевод, комментарий. М., 1977

    Статья опубликована впервые в «Вестнике славянских культур», (альманах Государственной академии славянской культуры) М, 2000 № 1, с. 39-53

Оставьте свой комментарий


Закрыть

Задать вопрос В.А. Чудинову