Как работают археологи

Чудинов Валерий Алексеевич


 Когда я столкнулся с массой археологических ляпов, которые явно превышали 50% результатов деятельности археологов, мне захотелось узнать, как же они всё-таки работают. Я стал искать в интернете какие-либо статьи на данную тему, и разумеется, нашел. Эта статья без подписи (хотя где-то сбоку написано аdmin) от 19 июля 2012 года [1], имеет защиту от копирования. Для меня, однако, это никогда не служило препятствием, ибо я не ленюсь перепечатать статью собственными пальчиками.

Оглавление:
  • Что пишет археолог.
  • Добыча источников.
  • Культурно-хронологическая атрибуция.
  • Исторические реконструкции в археологии.
  • Типологический метод.
  • Археологическая культура.
  • Финальный палеолит.
  • Обсуждение.
  • Заключение.
  • Литература.
  • Комментарии
  • Что пишет археолог.

    «Может сложиться впечатление, что археология XIX века была занята только поисками закономерностей распределения артефактов во времени и пространстве» [1]. – Не знаю, у кого сложилось такое мнение, ибо даже в наши дни обе эти задачи археология решает довольно плохо.

    «Это не так. Вряд ли этим кто-то бы увлёкся, не имея интереса к истории. А он рождается из элементарного желания узнать, как далеко простирается история рода человеческого и как когда-то жили люди» [1]. – Как бы сказал Шерлок Холмс: «Это элементарно, Ватсон». Археология всегда рассматривалась как вспомогательная историческая дисциплина, которая должна давать именно выводы о времени и месте нахождения артефактов. И напоминать о том, что она решет задачи для науки истории – вещь излишняя. Странно – для кого была написана эта статья? Для полных новичков?

    «И раскопки памятников давали представление об этом. На палеолитических стоянках находки ограничивались главным образом орудиями труда и костями животных ледникового периода» [1]. А не перечислен ли в этих словах тот минимальный список, который разрешен для атрибуции? Я много раз видел ручные каменные иконки, а также как бы «повзводные изображения» лиц воинов Рюрика, который были атрибутированы как «орудия труда эпохи палеолита». А в одной из последних моих статей даже металлические обломки макета виманы австралийские археологи атрибутировали как «топор».

    «Итак, выходило, что древнейшие люди жили за счёт охоты – благодаря потреблению готовых продуктов природы» [1]. Понятно, что если всем находкам приписывать только назначение орудий труда, и преимущественно охоты, то вывод может быть только таким. «От палеолита существенно отличались неолитические – не только каменной индустрией – там была уже другая фауна, включая кости домашнего скота, остатки культурных растений, глиняная посуда» [1]. – Меня интересует, кто пишет такую чепуху? С каких пор КОСТИ (любых животных), ЗЛАКИ И ГЛИНЯНАЯ ПОСУДА входили в состав ФАУНЫ? – Но уже начинает что-то проясняться: если такого рода «учёные» занимаются археологией, то тогда понятны и ужасные результаты их деятельности.

    «Поэтому неолит естественно воспринимали как принципиально иной период – как время скотоводства, земледелия, в целом другому образу жизни» [1]. Здесь после слов «в целом» выпущено слово «соответствующее», из-за чего фраза звучит не по-русски. Археологи неолит не «воспринимали», а «выделили» как «соответствующий период». Иначе говоря, тут речь должна была идти не об уровне ощущения и восприятия, то есть, не на сенситивном уровне, а на уровне рационального мышления – введения соответствующего понятия. – А из данной фразы можно сделать вывод о том, что автор статьи не прошел в вузе курс философии и не имеет представления о теории познания.  

    «Таким образом, археологическая, казалось бы, формальная периодизация, наполнялась параллельно и историческим содержанием» [1]. После этой фразы можно подумать, что сначала появилась археологическая периодизация, а потом она стала наполняться конкретными результатами раскопок, хотя всё было как раз наоборот. – Этот абзац кончается совершенно шедевральной фразой: «Ценность археологических источников как раз и заключается в том, что они являются синхронными историческому процессу. Льёт всё своим чередом» [1]. – Так было бы, если бы источники каким-то чудесным способом несли  на себе данные о времени и месте изготовления, как современные книги. Однако в том-то и дело, что археологи чаще всего ошибаются в датировке, атрибуции и определении места происхождения исторического источника. Но об этом автор данной статьи не говорит ни слова. Это у него «льёт всё свои чередом», но не в описываемой им науке. Да и фраза какая-то весьма двусмысленная.

    Добыча источников.

    Так называется второй раздел данного удивительного опуса. «Получение первичной информации в археологии осуществляется в процессе раскопок, их проводят по правилам, которые называются методики полевых исследований» [1]. Замечу, что правила и методики – вещи различные. Методики носят рекомендательный характер, правила – обязательный.

    «Главное ее сводится к наблюдениям за состоянием ФУНТУ (именно так и написано – В.Ч.) и остатков (чьих? Археологов? – В.Ч.) и детальной фиксации всех объектов в пространстве (в плане) относительно условного репера и друг друга, а также по глубине залегания» [1] К числу объектов можно, видимо, отнести бульдозер, лопаты, а также самих рабочих раскопа. Только зачем их фиксировать, и что означает для них понятие «глубины залегания»? – Можно сказать, что методика исследования передана «шершавым языком плаката», а другого способа описания автор данной статьи просто не знает.

    Однако даже если исправить описку в начале фразы и заменить ее выражением «Главное ее сводится к наблюдениям за состоянием ГРУНТА»(но не ГРУНТУ!), то и это тоже очень странное заявление. Википедия пишет по этому поводу: «Грунт (нем. Grund — грунт, земля, основа) — обобщённое наименование поверхностных горных пород в строительном, дорожном деле. Объект инженерно-хозяйственной деятельности человека. Грунты используют в качестве оснований зданий и различных инженерных сооружений, материала для сооружений (дорог, насыпей, плотин), среды для размещения подземных сооружений (тоннелей, трубопроводов, хранилищ) и др.

    Грунты изучает инженерная геология и её раздел грунтоведение. Различают три группы грунтов: Скальные (изверженные и метаморфические) — монолитные грунты с жёсткими структурными связями. Полускальные (мергели, опоки). Рыхлые (дисперсные) — раздельнозернистые грунты без жёстких структурных связей: связные — глинистые, и несвязные — песчаные и крупнообломочные».

    Считать, что в археологии главным является характеристика не артефакта, а грунта, точнее, его состояния, например, «связный» или «крупнообломочный», значит, не понимать суть археологии. Но, возможно, действительно, археологов интересует в первую очередь состояние ФУНТА (стерлингов), то есть, в переносном смысле, та цена, за которую археолог может продать добытую им коллекцию артефактов? – Тогда автор становится ближе к истине, однако демонстрирует нам весьма циничное отношение к археологии как науке.

    Но продолжим рассмотрение методики проведения раскопок. Итак, любые объекты, включая выброшенные перчатки, ненужные канистры с бензином, пустые банки с репеллентами от комаров, промерены и на плане, и по глубине залегания. Что дальше? «Всё это тщательно фиксируется в дневнике, на чертежах, фото- и киноплёнке, в книге описания находок. Раскопки – чрезвычайно ответственный момент, ведь в их процессе памятник уничтожается. Незамеченное, пропущенное, незафиксировано – всё это потери науки» [1]. Итак, всё фиксируется. Но как можно фиксировать незамеченное или пропущенное? А именно этот смысл имеет выражение «пропущенное незафиксировано». – У меня постепенно складывается впечатление, что «потерей для науки археологии» является данная статья.

    «Толща земли, в которой встречаются следы человеческой деятельности, называется культурным слоем. Мощность культурного слоя прямо пропорциональна длительности проживания на одном месте» [1]. Проживания кого? Археологов? Рабочих на раскопе? Свидетелей каких-то событий? Местных жителей?

    «Отсюда и обратная задача – уловить продолжительность как определенные изменения» [1]. Продолжительность чего? Раскопок? Последующей обработки материала в институте археологии? Продолжительность написания отчёта, статей и монографий по данной теме? – и разве продолжительность «улавливается», а не «выявляется путём проведения различных анализов»? – Опять возникает вопрос – кто автор данной статьи?

    «Этому служит, прежде всего, стратиграфический метод, целью которого является фиксация культурного слоя по вертикали (в сечении)» [1]. Что понимается под словом «фиксация»? Первый смысл этого слова: закрепление. Так раскоп должен быть зафиксирован, чтобы его стенки не обрушились, а подземные воды или дожди не размыли грунт. Именно это имеется в виду? – Полагаю, что нет. Имеется в виду описание раскопа. Просто автор не знаком с тем, что ряд слов имеет многозначный смысл, и нужно избегать ложного понимания при описании методики археологических исследований.

    «Главной значение стратиграфических наблюдений состоит в том, что они дают возможность установить относительную последовательность наслоений, а следовательно – определенных событий, т.е. относительную хронологию – раньше/позже» [1]. – Так будет при отсутствии наклонных или обратных залеганий пласта и при отсутствии перекопов. Но выражение «главной значение» – это шедевр!

    «В ненарушенных наслоениях том, залегающего ниже, является давним за то, залегающего выше» [1]. – Фраза, бессмысленная ПОЛНОСТЬЮ. Пласты артефактов не слагаются из томов археологических описаний. «Поэтому стратиграфические наблюдения является основой хронологических построений» [1]. Глагол в единственном числе не согласуется с существительными, стоящими во множественном числе. Так что эта фраза бессмысленна ЧАСТИЧНО. «Не меньшее значение стратиграфические наблюдения имеют для воспроизведения микрохронологии событий и выяснения деталей объектов: например, сводки и перестройка усадьбы, ее расширение, введение каких-то новых приёмов строительства» [1]. Что означает выражение «сводки усадьбы»? Сводки письменных данных об усадьбе? Но понятие «сводки» и «перестройка» относятся к разным логическим классам. Иначе говоря, автор делает логическую ошибку отнесения к разным классам, типа «шёл дождь и два студента. Один – в пальто, другой – в институт».

    Культурно-хронологическая атрибуция.

    Это – новый раздел статьи, однако он никак не выделен автором. «Чтобы добытые материалы стали достоянием науки, следует определить их место во времени и пространстве. Это осуществляется путём сравнения новых материалов с наличными» [1]. – Как? Уже существуют артефакты из

    данного объекта до раскопок? Откуда наличные материалы, если раскопки еще не произведены?

    «Таким образом, памятник приобщается к некой археологической культуры (может быть, «культуре»? – В.Ч.) или хронологической группы (может быть, «группе»? – В.Ч.). В случае ее оригинальности она ждёт своего часа, пока появятся другие, подобные им, памятники, заложат основу для выделения новой археологической культуры (локального варианта и т.д.)». – Не понял: если находятся другие, подобные им памятники, культура перестаёт быть оригинальной. А как быть, если она действительно оригинальная? – В таком случае она своего часа вообще никогда не дождётся?

    Исторические реконструкции в археологии.

    Еще один раздел, который автор никак не выделил. «Уже в процессе раскопок памятников и обработки полученного материала осуществляются определенные реконструкции объектов и вещей: (дома, храмы, курганы, кстати) (что за вид археологических объектов – объект «кстати»? – В.Ч.) или через восстановление объектов и вещей с обломками («вещи с обломками» – особый вид археологических объектов? – В.Ч.) (склеивание горшка)». – Итак, склеивание горшка – это «восстановление вещей с обломками»? Иначе говоря, находится горшок, наполненный обломками того же горшка? – Боже мой, какое косноязычие? «Однако в данном случае идёт лишь о реконструкции источников, а не истории» [1]. Кто «идёт о реконструкции»? Где подлежащее в данном предложении?

    «Реконструкция истории начинается с воспроизведение образа жизни» [1] Чьего образа жизни? Археологов? Местных жителей? «Культурные накопления и находки бы сами посылают нам сигнал об эпохе, в которую жили их создатели» [1]. Что за выражение: «бы сами посылают»? Но даже если сделать реконструкцию данной фразы археолога, «Культурные накопления и находки как бы сами посылают нам сигнал об эпохе», эта метафора не вполне понятна в связи с дополнением: «чем они промышляли и каким был их быт» [1]. В самом деле, чем ПРОМЫШЛЯЮТ СОЗДАТЕЛИ?

    Ну, и чем они промышляли? Оказывается, «Для этого иногда достаточно обыденных знаний: жильё указывает на оседлость, рыболовный крючок – на рыболовство, кости домашнего скота – на скотоводство» [1]. Вот именно, что ИНОГДА. Изба может указывать на то, что у ее хозяина было хобби – охота, и археолог раскопал охотничий домик, рыболовный крючок – на любителя-рыболова, городского жителя, кости домашнего скота – на покупку мяса с костями в магазине.

    «Даже одна вещь может разбудить целый ряд ассоциаций: например, железный серп является свидетельством достаточно позднему периоду истории, когда знали, что такое земледелие, а, следовательно, и оседлый образ жизни» [1]. Железо – мягкий металл, и серп из чистого железа гнулся бы в процессе жатвы, как крышка консервной банки. А если серп стальной, то он является прежде всего показателем высокого уровня развития металлургии. А ведь до стальных или бронзовых серпов существовали серпы каменные в металлической оправе. Свидетельство ли это развитого земледелия? Словом, пример приведен какой-то не вполне очевидный.

    «Реконструкции, основанные на знании функции вещей и повседневном опыте Владимир Фёдорович Генинг (1924-1993) – выдающийся теоретик археологии – назвал прямыми» [1]. Опять не всё понятно. Существует ли у нас повседневный опыт общения с каменной иконкой Макоши? Хорошо ли мы рубим противников мечами? Знаем ли мы устройство ведических храмов? Да и хорошо ли мы знаем функции древних вещей?

    «Несмотря на простоту, такие реконструкции крайне важны для археологии, поскольку формируют первый образ коллектива – создателя памятника, или сообщества, которую оставила однородную группу памятников – археологическую культуру» [1]. – Вот она, основная мысль: ПРОСТОТА РЕКОНСТРУКЦИИ. Всегда ли нужно идти по самому простому пути? Зачем мы построили шоссе, железные дороги, аэродромы? Почему не ходить во все места пешком? Ведь так же проще!

    И действительно, эти ПРОСТЫЕ РЕКОНСТРУКЦИИ в самом деле ФОРМИРУЮТ представления об археологической культуре. Заметим: из ПРОСТЫХ РЕКОНСТРУКЦИЙ вытекают представления о ПРОСТОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ РЕАЛЬНОСТИ! Теперь становится понятным, почему наши предки показаны примитивами, местами на грани идиотизма.

    «Добыча источников, их культурно-историческая атрибуция и прямые реконструкции составляют первый – эмпирический – уровень исследований в археологии. Он очень трудоёмкий, требует глубокого и всестороннего знания вещного мира, который постоянно пополняется.

    Даже элементарная публикация требует организации материала, его детального описания, представления в иллюстрациях» [1]. – Не понял, чем в таком случае отличается статья по археологии от статьи в других областях знания. Неужели там не нужна организация материала, его описание и иллюстрирование?

    «Для сравнительного анализа материала мало ориентироваться на одни публикации» [1]. Чьи – свои или чужие? «Археолог должен сам обработать полученный им материал, почувствовать текстуру, например, глиняных вещей, нюансы формы, технологии изготовления, отделки» [1]. Это – добрый совет, но никак не категорический императив, поскольку и тут возможно разделение труда. Важно, чтобы археолог был в курсе всех стадий обработки артефакта, чтобы он прекрасно владел особенностями объекта исследования. «Источниковедческая работа требует много времени, а усвоение материала – незаурядной памяти, постоянного обращения к накопленным источников с целью проверки тех или иных наблюдений или догадок» [1]. Но знание объекта, что требует большого времени и незаурядной памяти – это требование любой науки, а не только археологии.

    «Ведь за изменением и движением вещей археолог прослеживает изменения в культуре и пытается понять их причины: спонтанное развитие, миграции, заимствования, обмен» [1]. Неудачное выражение: если артефакты изменяются и движутся у самого археолога, то такого археолога вряд ли можно назвать профессионалом. Имеется в виду другое: изменение артефактов в историческом времени и их перемещение по территории. Неясно и выражение: «спонтанное развитие». Разве вещи являются живыми существами и меняются сами по себе? «Миграции» тоже относятся не к самим вещам: в древности существовали транспортные средства. «Заимствования и обмен» уже явно относятся не к вещам, а к деятельности людей. Так что в одном предложении автор опять путает изменения вещей и деятельность людей.

    «Источниковедческие исследования составляют весомую долю археологических работ. Глубокий источниковед – основав основ археологии» [1]. Возникает противоречие: выше описывалась ПРОСТОТА РЕКОНСТРУКЦИИ. Откуда должны были взяться ГЛУБОКИЕ ИСТОЧНИКОВЕДЫ? Он по определению должны быть поверхностными.  

    «И всё же эмпирический уровень, несмотря на его колоссальное значение, является лишь подготовкой к познанию истории. Ведь интерес с ней не ограничивается тем, что делали люди, чтобы выжить в мире» [1]. Почему только «выжить»? – Разве не было эпох, когда люди жили счастливо? «Человек – существо разумное и существо общественное, ее стремление никогда не ограничивается «хлебом насущным» [1]. – Итак, и человек, и существо – это ОНА, и ЕЕ стремление не ограничивается. А как же с ПРОСТОТОЙ РЕКОНСТРУКЦИИ, где ОНА (человек, существо) занимается ПРОСТОЙ ИСТОРИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ?

    «Поэтому возникают вопросы: как был организован жизни в изучаемую эпоху» [1]. Автор статьи знает, как БЫЛ ОРГАНИЗОВАН ЖИЗНИ. Итак, что такое ЖИЗНИ? – «Производство, быт, досуг». Возникает вопрос – а причём тут быт и досуг? Ведь, напомню, «первый образ коллектива – создателя памятника». Именно СОЗДАТЕЛЬ! А у создателя не может быть ни быта, ни досуга. Только ТРУД! Так что автор противоречит сам себе.

    «Какими правилами руководствовались люди в отношениях между собой и другими коллективами? Имели все члены коллектива равные права, а если нет, то чем это определялось? Как осознавала себя человек (ЧЕЛОВЕК – опять ОНА! – В.Ч.) и шире – место в мире?» [1]. В самом деле – «Как ОСОЗНАВАЛА себя МЕСТО в мире?» – Замечу, что все предложения в подлиннике начинаются с маленькой буквы.

    «Прямого ответа на эти вопросы археологические материалы не дают. Материальные остатки нами и не раскрывают секретов создателей» [1]. – Материальные остатки НАМИ или НАШИ? Иными словами, материальные остатки археологов не раскрывают секретов их создателей. Но что такое материальные остатки археологов? Выброшенные вещи или кое-что иное?

    «Чтобы узнать эти секреты, мало знания материального мира. Необходимо знать, понимать и чувствовать первобытный мир, специфику первобытного мышления, моральных законов, эволюцию их с течением времени …» [1]. Возникает вопрос – откуда археологи должны знать, понимать и чувствовать первобытный мир, который именно они и реконструируют, а кроме них специфику первобытного мышления сообщить некому. Поэтому данный совет не может быть реализован. А далее смысл совета совершенно непонятен: «эволюцию на ФУНТЕ определенных свершений, таких как, например, переход от ПРИВЛАСНЮВАЛЬНОГО хозяйства к ВОСПРОИЗВЕДЕННОМУ (видимо, от ПРИСВАИВАЮЩЕГО хозяйства к ПРОИЗВОДЯЩЕМУ – В.Ч.) от экстенсивного воспроизводства к интенсивному, обеспечения элементарных потребностей к накоплению богатств» [1]. Эти ФУНТЫ определенных свершений я постичь не могу, особенно элементарную потребность к накоплению богатств в качестве продукта ЕЕ (человека) эволюции. Ибо если она ЭЛЕМЕНТРАРНАЯ, то она не может быть ступенью развития.  

    «Такие знания даёт этнография первобытных народов – народов, которые еще недавно, а частично и теперь живут по законам первобытного строя» [1]. Но если никто из нас не жил при первобытном строе, и представления о нём – это определенные упрощения археологов, то откуда мы знаем, что образ жизни некоторых современных народов – первобытный? «Формирование этнографии первобытных народов происходило параллельно с формированием археологии и даже способствовало этому» [1]. Но если между этими науками не было конкуренции, то, как это определяется в экономике – перед нами находится типичный «монопольный сговор».

    В самом деле: современные народы, находящиеся на невысоком уровне технического развития, не строят пирамид, не прорывают километровые туннели под городами, не исписывают огромными буквами скалы и горы, не возводят китайские стены или плотины, не роют оросительные каналы. Так что сходство между ними и древними народами – весьма приблизительное, по отдельным сторонам жизни и культуры. «Когда еще никто е верил, что какие-то камни могли служить орудиями для древних людей, этнографы подтвердили это живыми свидетелями» [1]. Однако камня могут применять и современные цивилизованные люди: подложить камни под угол сарая, чтобы он не оседал, ударить камнем как молотком при отсутствии в данный момент других орудий, накидать камни в грязь, чтобы сделать импровизированную мостовую. Это – использование камней как орудий ситуативно, в качестве заместителей более специализированных средств, отсутствующих в данный момент по каким-то причинам. Так что камни вполне могут являться орудиями во все времена, это не особенность только древнего мира.

    «В противоположность археологии этнографии имеет дело (сколько этнографий существует на свете и почему со множественным числом существительного сопрягается единственное число глагола? – В.Ч.) с живыми людьми, а потому может изучать жизнь во всём многообразии его проявлений (жизнь – это ОН? – В.Ч.)» [1]. – Не уверен: между этнографом и изучаемым этносом существует и языковой, и культурный барьер: этнограф может трактовать наблюдаемые явления с точки зрения своих культурных навыков, и делать выводы, совершенно не соответствующие истине.

    «Именно этнографами был открыт основные принципы (несоответствие причастия единственного числа множественному числу существительных – В.Ч.) организации жизни первобытных коллективов, которые реализовались в таких институтах, как род, община, племя, половозрастные класса (множественное число от слова «класс» будет «классы» – В.Ч.), своеобразный стиль мышления, который получил название мифологического или синкретического» [1]. – Два последних слова не являются синонимами, у них имеется множество отличий.

    «На почве классификации таких обществ этнографами предложены различные варианты периодизации первобытного общества» [1]. Опять суждение внутренне противоречиво: этнографы изучают СОВРЕМЕННЫЕ им этносы, и могут предложить разные варианты типологии этих обществ, ни никак не варианты ПЕРИОДИЗАЦИИ, чем занимаются археологи. «Всё это служит определенным ориентиром для археолога в познании давности. Заметим – только ориентиром. Ведь современные народы не отражают всего многообразия подлинной исторической самобытности. Они представляют собой лишь некоторые Его варианты (слово «самобытность в русском языке – женского рода – В.Ч.). «Этнографические источники не являются синхронными историческому процессу, они реалиями сегодняшнего дня (пропущен глагол – В.Ч.), поэтому, археология, ориентируясь на них, археология собственными средствами воссоздать историю прошлого (и тут пропущен глагол – В.Ч.). Когда-то в начале своего формирования, зависящая от этнографии археология   постепенно превратилась в самостоятельную науку и создаёт сейчас такие средства» [1]. Какие «такие» средства – этнографические?

    Итак, мы видим, что статья написана отвратительным русским языком (видимо, ее писал иностранец), рассматривает сугубо поверхностные явления, а теоретическая археология, по автору, сводится только к заимствованию каких-то материалов из этнографии и не имеет самостоятельной базы. Родь этнографии то преувеличивается, то вообще игнорируется применительно к современному состоянию археологии.

    Это создаёт жуткое представление о современных теоретиках археологии. Но если археология представлена такими научными сотрудниками, то тогда становятся понятными ее промахи. Заметим, что статью писал не какой-то там прохожий, а администратор сайта.

    А теперь рассмотрим другую статью того же автора.

    Типологический метод.

    «Разнообразие вещного мира не ограничивается технологическими характеристиками. Его пестрота нарастала по мере освоения чкловеком новых материалов, новых природных ресурсов, их преобразования, и воплотилось в формообразования. Это (может быть – этот, В.Ч.) очень разнообразный мир форм надо было как-то обуздать (зачем? – В.Ч.), упорядочить, (ведь наука оперирует множествами, а не индивидуальными объектами) и одновременно подчинить этот процесс (так мир форм или некий еще не названный процесс? – В.Ч.) потребностям археологии – детализировать общую периодизацию (но о ней речь еще не шла – В.Ч.) и организовать пространственную пестроту вещного мира» [2]. – Получается, что человек создавал себя на благо разнообразие вещного мира, усложняя жизнь археологам. Каким коварным оказался человек!

    «Таким средством стал типологический метод – основной исследовательский инструмент археологов в решении различных задач» [2]. – Опять непонятно: типологический метод – это метод организации и детализации вещного мира, т. е. его освоения, или метод исследования, т. е его изучения? Или и то, и другое?

    «Возникновение его связано с эволюционной теорией, приспособлением дарвинизма к искусственной природы (к искусственной природе? – В.Ч.) [2]. – Иными словами дарвинизм, то есть теория, переносящая искусственный отбор на живую природу, теперь приспосабливается к искусственной природе. Но зачем? Ведь искусственный отбор давно известен у селекционеров?

    «Развитие рукотворного мира – артефактов – ассоциировался с развитием живой материи, то есть, путём постепенных изменений» [2]. Слово «развитие» среднего рода, поэтому глагол должен иметь форму «ассоциировалось». Однако очень странно переносить эволюцию живой природы, за который отвечает генетический механизм, с развитием мира вещей, за которое отвечает мозг человека. «Итак, вещи можно организовать в эволюционные ряды (столбцы), в которых определенные последовательные формы (А, В, С …) будут обозначать периоды их существования» [2]. Я себе не представляю столбцы горшков, или столбцы колёс, висящие в воздухе. Полагаю, что имелись в виду некоторые понятия А, В, С …, отражающие те или иные ТИПЫ вещей, а не сами вещи, и тогда эти термины можно было бы организовывать в таблицы со столбцами и строками.

    «Эта идея, особенно увлёкся (вероятно, следует читать «Этой идеей особенно увлёкся», либо «Эта идея, которой особенно увлёкся» – В.Ч.) английский археолог Огастес Генри Питт-Риверс (1827-1900), при отсутствии средств проверки таких построений могла превратиться в интеллектуальную игру – манипуляцию формами» [2]. – А вот тут я с автором статьи соглашусь. Могла превратиться, однако что-то вернуло эту идею к действительности. Что именно?

    «Согласно концепции шведского исследователя Оскара Монтелиус (1843-1921) (по-русски имена мужского рода склоняются – В.Ч.) тип – это совокупность функционально и формально однородных вещей (топоры, кельты, мечи и т.д.), которые различаются оформлением деталей (например, рукоять меча). Именно такие детали и дают возможность выстроить эволюционный ряд – от простых форм к сложным» [2]. Однако, как мы знаем, развитие часто идёт и в обратном направлении, по линии упрощения, так что приняв лишь одно направление изменений, мы тем самым навязываем истории односторонний подход.

    «Однако его подлинность должна быть подкреплена соответствующими находками разных типов одного порядка в закрытых комплексах (могилы, сокровища): мечей А с топорами А, мечей В с топорами В или фибулами В (замечу, что топоры, особенно боевые, к числу сокровищ не относятся, а оружие гораздо чаще встречается на полях сражений, чем в могилах; кроме того, фибулы как застёжки, не являются деталями мечей или топоров, как можно подумать, исходя из построения автором предложения – В.Ч.), то есть, ранних мечей с ранними топорами, ранними фибулами и т.д.» [2] – Автор вводит термин «разные типы одного порядка», совершенно не раскрывая его: чем мечи, топоры и фибулы А отличаются от аналогичного набора В?

    «Другим средством проверки стали стратиграфические наблюдения: погребения с мечами А должны предшествовать погребением с мечами В» [2]. А как быть, если в отдельных местностях топоры и фибулы «В» появляются раньше мечей типа «В» (народ оказался не воинственный, и надобности в мечах у него не было? – Ответа нет.

    «Однако задействовать в этом процессе все типы и сопоставить их ряды было невозможно (заранее понятно – В.Ч.), тем более, что, вопреки постулатам эволюционизма, типа (типы – В.Ч.) изменялись с разной скоростью, то есть, не синхронно. Поэтому исследователи ограничивались определенными комбинациями типов. (Но это – произвол! – В.Ч.). Так, для уточнения периодизации железного века определяющей оказалась комбинация двух типов – фибул и мечей (немецкие археологи О. Тишлер, П. Рейнеке и др.). Другие же типы были задействованы в характеристике выделенного таким образом периода. Поведение «типов-характеристик» была разной (по-русски следует сказать «было разным» – В.Ч.): одни из них соответствовали двум периодам, другие – трём и т.д.» [2]. Это не удивительно: перед нами попытка схематизации достаточно сложного процесса, то есть, попытка его предельно упрощённого описания.

    «Применение типологического метода в хронологических построениях давало возможность проследить преемственность культур, а доведена (то есть, «доведённая» – В. Ч.) до исторических времен периодизация – осуществить также обратный ход: отталкиваясь от памятников исторически известных народов, проследить их истоки на почве рис, (совершенно непонятно, причём тут почва для посевов риса! – В.Ч.), объединяющих их с анонимными в этническом отношении культурами (то есть на почве «наследственности наоборот) (это и называется рисом? – В.Ч.). На возможность такого – ретроспективного – метода, ориентированного на этногенетические исследования, указывал А. Монтелиус. Сейчас этот метод широко применяют в археологии» [2].

    Иначе говоря, это опять возврат к этнографии, хотя, как мы видели выше, «Когда-то в начале своего формирования, зависящая от этнографии археология постепенно превратилась в самостоятельную науку и создаёт сейчас такие средства» [1].

    Археологическая культура.

    «Типологический метод сделал еще одну услугу археологии. Он давал возможность упорядочить древности в пространстве» [2]. Странно, что сначала глагол дан в совершенном виде, а затем в несовершенном. То есть метод уже сделал нечто, хотя это нечто – не содеянное, но лишь некая возможность что-то сделать.

    «Ведь выделением этапов не исчерпывалось многообразие появлений материального мира. Распространение типов и комплексов вещей ограничивалось определенным пространством, которому была присуща также их повторяемость. В рамках таких пространств поселения и могильники демонстрировали определенное сходство или даже тождество, что проявлялось по-разному: в устройстве жилищ и могил, сходства сопутствующего им вещевого комплекса (посуда, украшения и проч.). Это давало возможность путём картографирования выделить локальные группы памятников. Сначала из обозначали терминами «культура», «культурная группа», «культурная провинция», «культурный круг», «цивилизация», а на рубеже XIX-XX веков за ними постепенно закрепилось название «археологическая культура» [2]. Это – более или менее приемлемый для чтения фрагмент статьи, вероятно, от слова до слова переписанный из какого-то источника, а потому грамматически и археологически верный.

    «Археологическая культура – это совокупность подобных памятников, ограниченных определенным пространством и временем» [2]. Автор нигде не подчеркивает, что понятие археологической культуры – это теоретический концепт, продукт научного обобщения. В самом мире существуют артефакты, которые вне археологии не являются никакими археологическими культурами.

    «Линейная эволюция – этапы культуры – начала дополняться пространственной мозаикой – археологическими культурами (АК). Тем самым были заложены основы некого мировосприятия, поскольку локальное разнообразие культуры фактически противоречило парадигме эволюционно однообразного развития» [2]. С последним я охотно соглашусь, ибо выше я критиковал односторонность эволюционного подхода. Иначе говоря, ошибка на одном тапе развития археологии привела к противоречию на другом этапе ее развития.

    «Археологическая культура – ведущая категория археологической науки» [2]. Замечу, что слово категория уже означает «основополагающее, ведущее понятие». Просто автор не знаком с понятиями методологии науки. «Ведь она не только позволяет упорядочить археологические материалы в пространстве, но и наводит мосты между культурой и ее творцами, а, следовательно,является материальным выражением (хотя и не полным) ее создателя – народа, племени, этноса. Такая трактовка была вполне логичным (хотя и неоднозначным) (опять несогласование частей речи по роду – В.Ч.) и выдвинуло («трактовка выдвинуло»! – В.Ч.) на первый план этнические проблемы, питающихся формированием и развитием этнографии» [2]. Интересно, кто же эти «питающиеся не едой, а формированием и развитием этнографии»? Археологи? Историки? Биологи? Я о таких впервые слышу! «Эволюцтонная парадигма дополняется этнологической» [2]. Так это хорошо или плохо – археолгам питаться развитием этнографии?

    «Названия археологических культур условны и имеют разное происхождение: например, по названию населенного пункта, где было обнаружено («были бнаружены» – В.Ч.) материалы определенного бразца (трипольская, зарубинецкая, Черняховска культуры были названы по сёлам Киевской области), за яркой приметой («по яркой примете» – В.Ч.) например, посуды, (културы воронковидной посуды, шаровидных амфор, шнуровой керамики), по типу погребальных сооружений (ямная, катакомбная, срубная культуры). Поэтому т названия трипольцы, ямники, шнуровикитакже условные (автор не показывает, что эти названия являются упрощением предыдущих, то есть, абстракцией следующего порядка – В.Ч.). Это археологический сленг для сжатого обозначения какого-либо явления (не явления, а этноса – носителя той или иной культуры – В.Ч.» [2].

    «Таким образом, археология возникла в Западной Европе» [2]. С точки зрения формальной логики перд нами находится пример поспешного обобщения. Рассматривается история возникновения археологической типологии, а вывод делается относительно всей археологии с ее раскопками, реконструкцией поврежденных артефактов,  описанием находок и т.д. «В течение XIX века там были сформулированы основные понятия и методы, а также представлены археологическую версию («представлена археологическая версия».– В.Ч.) древней истории, или пред-, или доистории, как ее нредко еще называют» [2]. Странно, но автору неизвестна археология исторического периода!

    «Базовыми ее понятиями стали система трёх веков и археологическая культура» [2]. – На мой вгляд, слова для обозначения этих понятий следует поставить в кавычки, ибо «каменнвй век», «бронзовый век» и «железный век» вовсе не соответствуют одному столетию, а понятие «археологическая культура» гораздо беднее понятия «культура», ибо представлена только материальными артефактами, но не духовной культурой и не сложной системой родства внутри этноса.

    «Археологическая периодизация основывается на материальном критерии, в первую очередь, – на основном материале, который испльзовался ля изготовления орудий, поскольку келовек издавна полдьзовался и другими материалами – природным (дерево, кость) или искуственными (керамика, металлы). Она отражает постепенность привлечения этих основных материалов. Подол «веков» на периоды осуществлено на фунте технико-технологических признаков» [2]. Последнее преддложение с лёта не понимается, оно написано не по-русски. Однако как эпиграфист я попытаюсь его осмыслить вот так: «Разделение «веков» на периоды осуществлено на основе технико-технололгических признаков».

    «Так, археологическая периодизация является эмпирической, то есть, имеющей отражения (соответствия) в реальном мире, реальных вещах» [2]. Категорически не согласен: деление на три века (золотой, серебряный, медный) идёт из мифологии, причем по линии не улучшения жизни в процессе эвоюции, а ее ухудшения. Археологи лишь несколько изменили название веков в соответствии с тем, какие артефакты имеют длительную сохзранность (выделение каменного века), а затем по степени сложности выплавления металлов (деление на бронзовый и железный века). А эти критерии основаны не на реалиях, а на соображениях удобтва для археологов. Например, пища в качестве артефакта хранится очень недолго и неудобна для археологии. Поэтому и нет пищевой классификации (век диких животных и диких злаков, век домашних животных и выращиваемых человеком злаков и век пищевой  промышленности). «Этим она принципиально отличается от исторической, которая основывается на теоретических основах – социальнно-экономических или культурологических понятиях» [2]. А это уже в корне неверно, ибо как социум, так и его экономика существуют реально (о чём каждый знает на собственном опыте по его роли в профессиональном коллективе и по получаемому им доходу), как и культура (например, театральное здание, театральная труппа и играемый ими спектакль). Иначе говоря, мы снова убеждаемся в том, что автор незнаком с методологией науки.

    Я рассмотриваю также и третью статью того же автора, «Финальный палеолит» [3].

    Финальный палеолит.

    «Финальный палеолит (13,5-10 тысяч лет назад) – заключительная фаза палеолита, когда южный край ледника отступал, зафиксировался на северном берегу Балтийского бассейна. Вследствие резкого изменения холодных периодов (дрисасе I, II, III) (видимо «в дриасе». – В.Ч.) потепление (Раунис, Белинга, Алеред) вымерли мамонты и основным видом крупных травоядных в Европе стал северный олень. Поэтому финальный палеолит нередк называют эпохой северного оленя» [3]. С этим для Европы можно согласиться. Для Азии – не уверен, в Африке мамонты не водились.

    «Именно с этого времени в приледниковых Европе («в приледниковой Европе» – В.Ч.) прослеживается четкая культурное разделение («чёткое культурное разделение» – В.Ч.) и появляются настоящие археологические культуры» [3]. – Вот-те раз: в нижнем, среднем и верхнем палеолите, согласно автору, настоящих археологических культур не было. Иначе говоря, более 90% времени палеолита к нему не был применим типологический метод. Ай да автор!

    «Сравнению («сравнительно». – В.Ч.) с упомянутыми сообществами ранней и развитой поры верхнего палеолита культуры финального палеолита значительно компактнее и менее длительные во времени. Они очень напоминают культурные сообщества позднего времени, которые, по мнению большинства археологов, являются следвми проживания отдельных древних этносов» [3]. Термин «сообщество» применяется к животным, термин «общество» – к людям, но не к артефактам. К тому же археологическая культура раннего и среднего палеолита прежде автором в тексте не употреблялась, так что слова «упомянутые сообщества» неясно, к чему относятся.

    «Финальнопалеолитичны и мезолитические культуры Европы различаются прежде («прежде всего по» – В.Ч.) форме наконечников стрел, которые нередко имели очертания геометрических микролитов – трапеций, сегментов, треугольников, ромбов» [3]. Этой корявой фразой автор хотел сказать, что имеется сходство по компактности репертуара орудий между финальным палеолитом и мезолитом.

    «Территория Украины в финальном палеолите была составной («частью». – В.Ч.) двух крупных провинций первоначальной Европы – северной балтийской и южной средиземноморской. Север Украины (Полесье) (в настоящее время территория Белоруссии – В.Ч.) в культурно- историческом плане тяготела к Южной Балтии и входила в область культур охотников на северного оленя, которые распространились в последние тысячелетия ледникового периода на низменностях от Темзы до Десны и истоков Волги. Подразумеваются культуры Гамбург, Лингби, Аренсбург, Свидор, Красноселье, которым свойственны наконечники стрел различной формы, изготовленные из пластин» [3]. И далее следует рис. 1 с подписью: «Кремниевые наконечники стрел культур финального палеолита Полесья».

     

    Рис. 1. Кремниевые наконечники стрел культур финального палеолита Полесья

    Меня удивили некоторые «наконечники стрел», которые никоим образом невозможно прикрепить к стреле. Кстати, под рисунком расшифровываются типы наконечников: «1 – гамбургская, 2 – лингбийська (написано по-украински – В.Ч.), 3 – свидерская, 4 – Красносельская (автор почему-то написал это название с большой буквы – В.Ч.), 5 – писочноривська (опять надпись сделана на украинском языке. Автор, видимо, этнический украинец – В.Ч.).

    Однако я решил рассмотреть эти «наконечники стрел» подробнее, но не в вертикальном, непривычном для них, а в горизонтальном положении. И начал с наиболее крупного, рис. 2, лингбийского типа. Вообще говоря, эта кремниевая пластинка напоминает левый профиль белого медведя, причём изображение весьма выразительное. На нижней части головы и на  абрисе груди и левом абрисе передних лап проходит гравировка, которая даже в весьма плохой прориси автора может быть прочитана. И я читаю эту подпись: МАСКА РЫКАСА, ЛИК, что означает ИЗОБРАЖЕНИЕ МЕДВЕДЯ, ЕГО ЛИК. Ибо я давно понял, что РЫКАС – это МЕДВЕДЬ [4:77-80], рис. 3. А на верхней части в обращенном цвете (в виде негатива) я читаю слова ВЕСЕННЯЯ, то есть МАСКА – ВЕСЕННЯЯ. Видимо, в другие сезоны были другие изображения медведя.  

     

    Рис. 2. Моё чтение надписей на пластинах якобы «наконечников стрел»

    На второй пластине я читаю в обращенном цвете на левой, восходящей части надписи, слова: ЛИК ЧЕРЕПАХИ. И действительно, пластина показывает черепаху в левый профиль, то есть, с головой слева. А на нисходяще справа части надписи я читаю также в обращенном цвете слова: ТО МИМА ЯРА ХРАМ, то есть, ТО ХРАМ ЖРЕЦА ЯРА.

    Иначе говоря, перед нами – ритуальные символы в виде медведя и черепахи, что имеет отношение к русскому ведизму, а вовсе не к охотничьим стрелам и их наконечникам. На этом примере я показываю, что у археологов часто имеет место ложная атрибуция, о чем автор статьи, администратор, умалчивает.

    Наконец, на рис. 3 я показываю изображение медведя из подземной пещеры Каменной Могилы под Мелитополем. Здесь я читаю надпись в виде пронумерованных знаков внутри контурного изображения, которая гласит: РЪКАСЕ, ЧАДЕ! ВОЙДИ, ДИВЫЙ, СЬВЫШЕ ВЬ СЬВЫЕ НОВЕ, ВЬНЕШЬНЕ ЖИЛИЩЕ! На современном зыке это означает: МЕДВЕЬ, ДИТЯ! ВОЙДИ, ДИВНЫЙ, СВЕРХУ В СВОЁ НОВОЕ, НЕШНЕЕ ЖИЛИЩЕ! Надпись выполнена русским слоговым письмом руницей.

     

    Рис. 3. Надпись на плите с изображением медведя из Каменной Могилы

    Вернемся к статье украинского администратора археологического сайта. «В Причерноморье и Надазовья («Надазовье» – В.Ч.) были распространены стоянки производных от Епигривету («Верхнего  Граветта» – В.Ч.) шанкобинськой («шанкобинской» – В.Ч.) и Осокорковских культур с архаическими микролитами – сегментами и трапециями. Их носители охотились на степных стадных копытных (лошадь, бизон), а шан-кобинской население («шанкобинское население», теперь автор данное слово пишет через дефис – В.Ч.) еще и на травоядных («животных». – В.Ч.) Крымских гор» [3]. Однако по форме якобы стрел, а на самом деле ручных икон видно, кому эти охотники молились. Однако эта духовная сторона населения того времени археологией не раскрывается.

    Далее следует характеристика разных видов археологических культур финального палеолита: «Осокорковских культура («Осокорковские культуры» – В.Ч.) – группа родственных памятников финального палеолита с однотипным каменным инвентарём, для которого характерны трапеции осокорковского типа («артефакты». – В.Ч.) с ретушью по верхней основе (рис. 17) (в тексте статьи [3] рисунок не пронумерован, в нашей рецензии это – рис. 1, В.Ч.), острие с притупленным краем (зачем тупить режущую кромку, если это стрела? – В.Ч.), позднепалеолитическая пластинчатая техника раскалывания кремня, скребки и резцы на пластинах (ничего подобного – часть артефактов является каменными иконками! – В.Ч.). «На стоянке Рогалик (Луганщина) найдены сланцевые плитки со схематическим изображением женщин и геометрическим орнаментом. Стоянки распространены на границе лесостепной и степной зон Украины: Осокоровка (слой 3 в), Рогалик Акимовский, Прогон, Леонтиивка (украинское написание – В.Ч.), Царинка. Датируются 13-12 тысяч лет назад» [3]. – Интересно, что уже 13-12 тысяч лет назад существовала археология, которая занималась датировкой! А причина этого ложного предложения – пропуск всего одного слова: «Датируются временем 13-12 тысяч лет назад»!

    И далее опять на таком же ломаном русском языке описываются особенности данной культуры, а также свидерской культуры.

    Обсуждение.

    Для меня как читателя сайтов новостей археологии нет разницы, в какой стране они публикуются на русском языке. Однако, когда русский язык настолько плох, что примечания приходится делать почти к каждому предложению, возникает вопрос, зачем вообще публиковать сообщения на нём. Насколько я понял из последней статьи данного автора – это украинец, знающий русский язык не блестяще. Но тогда возникает вопрос, почему он пишет свои статьи не по-украински? Заметим, что статьи датированы 2012 годом, за два года до майдана, до лозунга «москаляку на гиляку», когда отношение к русскому языку на Украине еще не было таким плачевным, как сейчас. Но ответ прост: большинство украинцев археологией не интересуется, и им эти статьи ни к чему, а русскоязычных читателей гораздо больше, и именно для них старался автор. Но на мой взгляд, он не только не поднял престиж археологии, он показал, что ее реальные достижения вообще почти невозможно адекватно передать по-русски. Названия украинских археологических культур пишет вперемежку то по-русски, то по-украински, некоторый фразы понять вообще невозможно.

    Однако его объяснения в первой статье рассчитаны на новичка, который никогда в жизни не читал ничего об археологии. Очень много положений внутренне противоречивы, взаимоотношения археологии и этнографии переданы так, что читатель так и не понял, как же они между собой связаны. Автор не владеет методологией науки, путает различные понятия. К археологическим собраниям артефактов он относится как к животным сообществам, в эволюционной теории видит только плюсы, совершенно не замечая негативных сторон, по поводу атрибуции никаких проблем не видит, хотя среди так называемых «наконечников стрел» на самом деле по меньшей мере 2 из 5 являлись каменными иконками.

    Что касается археологической типологии, то это – теоретический подход, у которого имеются как достоинства, так и недостатки. Типологию исторических деятелей применили, например, «новые хронологи», А.Т. Фоменко и Г.В. Носовский. Они выделили некоторые параметры (продолжительность царствования, число жен и детей, возраст вступления на престол и т.д.) и у них получилось множество двойников, а какое-то число исторических лиц не вошло в систему. Естественно, что среди историков это вызвало возмущение. Однако в археологии подобный подход удивительным образом утвердился. Единственным способом объяснить этот парадокс является то обстоятельство, что в XIXвеке эта новинка показалась разумной, отрицательных сторон не заметили, а к ХХ веку на этой основе уже была создана наука, и ее критически расшатывать не хотелось.

    Между тем, одни комплексы вещей сохраняются, тогда как другие, в тот же самый исторический промежуток времени, стремительно меняются. 

    Например, в советское время стекольные заводы СССР массово выпускали граненые стаканы. Ими пользовались и туристы, и рабочие, и колхозники, и даже тунеядцы. В постсоветское время появились более дорогие граненые стаканы иной формы, но по ряду параметров уступающие советским. В то же время образование в постсоветской России стало много хуже, а ракетное оружие ПВО – много лучше. Но у кого-то из населения граненые стаканы всё же сохранились и до сих пор. И если археолог будущего найдет на раскопках гранёный стакан, то к каком комплексу вещей он его должен отнести – к великолепным школьным учебникам или к не слишком успешному комплексу ПВО РСН-75? Или, напротив, к постсоветскому времени с иным комплексом артефактов?

    Эти проблемы в рассмотренной статье [2] не только не решены, но даже не поставлены, как и ряд других проблем. Словом, автор хотел показать могущество археологии, а на деле корявым языком пролепетал нечто невнятное. И если судить об этой отрасли исторического знания по рассматриваемым трём статьям, то у археологии нет не только будущего, но и сколько-нибудь научного настоящего. Просто украинский ремесленник от конкретных археологических культур, не смысля ни в теории археологии, ни в методологии науки, не зная толком русского языка, решил просветить еще менее образованного читателя, и сделал это так, что подорвал уважение к археологии как науке вообще. После этого многое становится понятным – почему археологи не читают русские надписи на артефактах, почему они неверно датируют и неверно атрибутируют свои находки.

    Автор поёт гимн ПРОСТЫМ РЕКОНСТРУКЦИЯМ, как бы не допуская, что наши предки могли жить довольно сложной духовной жизнью, а не одним тяжёлым трудом. Однако, поскольку у автора, человек – это ОНА, можно предположить, что статьи написал трансвестит. Впрочем, это его личные предпочтения ПРИВЛАСНЮВАЛЬНОГО характера.

    Заключение.

    Действительно, чтение «новостей археологии» на разных сайтах весьма расширяет представление об этой науке.

    Литература.

    1. Admin. Процедура археологического исследования. 19 июля 2012 года. Источник: http://www.arheo-news.ru/?p=400

    2. Admin. Типологический метод. 19 июля 2012 года. Источник: http://www.arheo-news.ru/?p=396

    3. Admin. Финальный палеолит. 5 сентября 2012 года. Источник: http://www.arheo-news.ru/?p=456

    4. Чудинов В.А. Идея расширенного эволюционного словаря. Статьи и комментарии по этимологии слов русского языка. – Традиция, М.:2012. – 304 с., ил.

Комментарии:

ЛИКА М.
23.06.2016 17:06
МОСКВА, 23 июн — РИА Новости. Археологи обнаружили на раскопках в Великом Новгороде берестяную грамоту с неизвестным ранее древнерусским ругательством, сообщается на сайте Новгородского государственного музея-заповедника. Грамота, найденная в слое земли первой половины XIV века, представляет собой довольно большой документ с одной-единственной строкой: уов ортимие уо поска три берековесеке. По словам ученых, это запись оброка или долга. Новым оказалось слово "посак", которое академик Андрей Зализняк определил как "вор", "мошенник". "Берковец" (берековесеке) — известная мера веса меда или зерна. РИА Новости http://ria.ru/science/20160623/1449875747.html#ixzz4CPcxDkNB

Оставьте свой комментарий


Закрыть

Задать вопрос В.А. Чудинову